Передай майору Воеводину, что контрразведка благодарит за содействие. Ну, что, мужики, пойдемте? – Он забросил автомат за плечо стволом вниз. – Пока другие сливки не сняли…
Для нужд армейского штаба было выбрано двухэтажное здание общеобразовательной женской школы. Проблемы обучения немецких подростков в данный период советское командование волновали в последнюю очередь, да и трудно было представить, чтобы в школе проводились занятия.
Подразделение квартирьеров, рыскавшее по округе, наткнулось на пустое здание из прочного камня с теплыми классами, широкими коридорами и уймой запасных выходов.
В данный момент здание опять пустовало – часть его обитателей спустилась в подвал, другие дожидались в соседнем квартале.
На плане школа напоминала букву «П». Во внутреннем дворе находились беседки, клумбы, спортивная площадка. Висели обрывки нацистской агитации. Здесь и завершило свой боевой путь мотоциклетное подразделение старшего лейтенанта Суслова. Это были немцы, элитное подразделение СС для выполнения специальных миссий – одно из немногих оставшихся в распоряжении германского командования.
Изъясняться по-русски мог только «Суслов». Побоище продолжалось несколько секунд. Диверсантов ждали. Автоматчики и пулеметчики прятались за оконными проемами, на лестницах, ведущих в подвалы. Пускать эту ватагу в штаб никто не собирался.
Путь к отступлению им отрезали, едва группа мотоциклистов въехала во двор. Вырваться из западни они уже не могли.
А поступить умно – то есть растянуться по дороге – посчитали ненужным. Отряд уничтожили полностью, двор был заполнен мертвыми телами. Многие не успели даже спрыгнуть с мотоциклов, другие успели и даже открыли огонь, но это уже не имело значения. «Элитных» солдат расстреляли в упор, кинжальным огнем, без всякой жалости и сострадания. Из люлек свешивались безжизненные тела пулеметчиков с раскроенными черепами и окровавленными лицами. Раненых и пленных не было.
У здания переминались автоматчики, закончившие работу, с интересом поглядывали на подходящих оперативников.
– Во психанули… – Вобликов присвистнул. – Слышь, Корнеич, вы чего это тут натворили? А вдруг они наши? А вы, поди, и не спросили! Всякое может быть!"
"– Да черта с два они наши, – проворчал немолодой старшина, отделяясь от группы курильщиков. – Мы им крикнули, как приличные, мол, так и так, бросайте оружие, вы окружены, сопротивление бесполезно.
