Ирине внезапно стало так смешно и одновременно дико грустно. Какая ирония судьбы.
Она бесшумно вошла в гостиную и села на диван напротив Дмитрия. Пока он спал, у нее была передышка, очень нужное время, чтобы прислушаться к себе. Всегда так скучала по нему… Но если раньше предвкушала радость встречи с ним, то теперь ощущала лишь пустоту. Больше не чувствовала, что Дима принадлежит ей. Пусто и холодно. Это пугало. Ведь пустота граничит с равнодушием. Или она просто хотела, чтобы так было? Или искала это равнодушие как спасение? Ответов не было…
Она смотрела на него спящего.
Лицо усталое, даже во сне напряженное. Почему он сейчас здесь? Почему не с ней? Если ему так жаль ее, то почему не жаль сейчас Алену, ведь она волнуется? На его телефоне, наверное, уже сотня пропущенных звонков. Вот только причем тут жалость…"
"— Ты даже не представляешь, как я устала бороться за нас. С самой собой, с тобой, с нами, с нашей работой, — проговорила Ирина беззвучно, одними губами. — Разве я потяну еще вдобавок к этому твою любовницу и твоего ребенка? Нет.
Мне это не нужно. Я хочу свое счастье, а не ворованное. И ты к нему больше не имеешь никакого отношения.
Грустно усмехнувшись, Ирина поднялась на ноги и направилась в ванную. Быстрый, контрастный душ отлично помог взбодриться и привести мысли в порядок. Все, что вчера казалось страшным и пугающим, сейчас виделось совсем в другом свете. Может, информация Стаса помогла, а может, его присутствие. Это уже неважно. Главное, что Ирина чувствовала в себе силы завершить эту тяжелую историю прямо сейчас.
Собравшись на работу, она сварила кофе на двоих. Одну кружку поставила на стол перед Дмитрием, вторую взяла себе и села на диван.
Протяжная трель телефона густо заполнила тишину. Ирина перевела взгляд на дисплей и тяжело вздохнула, увидев имя «Алена». Дмитрий открыл глаза, недовольно сбросил звонок и убрал телефон в карман брюк. «Никого-то ты не любишь кроме себя», — сделала она однозначный вывод и, спрятав усмешку, за кружкой, сделала большой глоток.
— Там на кухне… завтрак… если хочешь…
Дмитрий отрицательно покачал головой и отпил из своей кружки несколько жадных глотков.
— С каких пор вы с Волковым дружите? — хмуро спросил, косясь на бутылку коньяка.
Ирина ничего не ответила, лишь только улыбнулась. И эта горькая ирония так и не сползла с ее губ, пока она продолжала выжидающе смотреть на него.
— Тебе пора, Дим, — словно ледяной водой окатила.
— Ир, я… — Он замолчал. Столько всего хотел сказать.
