– Где это тебя учили так разговаривать со взрослыми? Где? – спросил он спокойно, словно уже привык к подобному обращению.
Она ответила. Одним словом. В рифму. Грязно. Словно ударила плетью по лицу. Корнилов даже покраснел. За нее."
"Коридор тянулся вдоль прямоугольника школы по периметру, где-то за углом находился класс, ключ от которого ему дала директриса школы Иванова Галина Васильевна, чтобы он мог там беседовать с одноклассниками Льдова.
Похороны Вадима были назначены на завтра, все в школе да и микрорайоне только об этом и говорили, а вот родители Льдова к Корнилову так и не пришли.
Ему передали, что они не хотят ни с кем обсуждать смерть сына и, главное, не желают тратить время «на пустые разговоры». Он все утро думал об этом.
Слегка подтолкнув девушку к двери, он сделал знак другой следовать за ними.
– Входите, здесь вас не укусят. По-моему, вы и сами кого хотите разорвете… Тебя как зовут?
– Лена, – ответила девушка в цепях. Теперь она демонстративно жевала жвачку и смотрела на Корнилова немигающим взглядом жирно подведенных нахальных глаз.
– Тараскина. Девятый «Б».
– А тебя?
– Оля Драницына, тоже девятый «Б», – ответила девушка в черном свитере. В отличие от подружки, превратившей свое худенькое детское лицо в размалеванную маску женщины-вамп, Оля выглядела (если бы не сигарета, с которой застал Корнилов ее в туалете) милой розовощекой девочкой-паинькой. Большие голубые глаза ее блестели, а между красными, без помады, пухлыми губами светилась белоснежная полоска здоровых зубов.
– Значит, мне повезло? Вадим учился в вашем классе?
– Значит, – ответила Лена.
– Но мы не знаем, кто его убил. Вадим был хорошим парнем, авторитетным, хорошо учился, никого не доставал, с учителями ладил…
– А где ты научилась так ругаться матом?
– Нигде. На улице. Мы ничего не знаем, так что отпустите нас. Занятия закончились, нам пора домой, ДЕЛАТЬ УРОКИ…
– А ТЫ, Оля, что можешь сказать о Вадиме?
– Ничего. – Она опустила глаза и поправила рукой упавшие на лицо волосы, которые блестящей шафранной волной покрывали плечи и грудь.
Это была красивая девочка, вот только непонятно, почему она повиновалась Лене. Это было видно невооруженным глазом.
– Он дружил с кем-нибудь из девочек? – спросил Корнилов.
Лена хмыкнула.
– Он со всеми дружил, – ответила она за Олю.
– Как это? Ну, была же у него девушка, которая нравилась ему больше всех?
– Не было.
– Оля, почему ты молчишь?
– А что говорить, если Лена вам и так все правильно сказала.
Корнилов отпустил их.
