У нее был очень приятный низкий голос, и, разговаривая, она протягивала слова так, как это делают люди, которые никогда в жизни никуда не спешили и которых всегда выслушивали до конца, не перебивая. Юля уже поняла, что оказалась приглашенной в квартиру высокого начальника.
– Пойдемте, Юля, можно, я с вами запросто?
Юля улыбнулась: конечно, можно.
В огромной полупустой комнате на ковре стоял столик на колесиках, а вокруг три белых кресла, в одном из которых спал на спинке, раскинув лапки в сторону и задрав умную пушистую белую мордочку, толстенький кот.
– Только, пожалуйста, не сядьте на Гамлета, – попросила хозяйка, предлагая Юле занять соседнее кресло. – Кофе? Чай?
– Спасибо, ничего.
– Значит, выпьем немного мартини. Говорите, я вас внимательно слушаю.
– Маргарита Евгеньевна, в вашем доме пять лет тому назад поселилась супружеская пара…
– Пермитины?
– Да. Не могли бы вы рассказать, что произошло и почему Михаил Яковлевич продал квартиру так дешево? Вам что-нибудь известно об этом?
– Дело в том, что мне известно многое, да только, если я вам сейчас все расскажу, вы сочтете меня сумасшедшей… А дело было так.
Действительно, пять лет тому назад, когда только построили этот дом и квартиры здесь были практически распределены, за исключением одной, под номером «два», о которой мы с вами сейчас и ведем речь, ее купил приехавший с Севера вместе с молодой женой господин Пермитин Михаил Яковлевич.
Понятное дело, что ПРОСТОЙ человек купить в этом доме квартиру не мог. Даже при наличии очень больших денег. И мы все (а нас всего-то было три семьи – мы, Сережа Зверев и Бурмистровы) сразу поняли, кто такой Пермитин…
– И кто же он? – занервничала Юля, которой не хотелось, чтобы ее приняли за бестолочь.
– Пермитин – человек, у которого рука в правительстве и, как я слышала от мужа, даже родственник, но вот кто именно, никому не известно… Единственная услуга этого родственника и заключалась, по всей видимости, в том, что Пермитину продали эту квартиру, но факт, согласитесь, остается фактом… Ведь желающих купить ее было больше чем достаточно.
Ну да ладно. Все мы люди, все мы человеки и всегда будем пристраивать своих близких на теплые места. Так устроено наше общество.
