Он начал шантажировать Ларчикову, вот в чем все дело… И поэтому, когда его убили, я сразу же подумал на нее. Я, если честно, вообще не мог на нее смотреть. А потом вдруг убили и ее… Но это Пермитин. Думаю, что он догадался о ее связи с Льдовым, а может, даже сам Льдов вышел на Пермитина и начал угрожать ему. Но угроза угрозе – рознь. Думаю, что он говорил с ним от имени отца.
– Ты хочешь сказать, что и Льдова мог убить Пермитин?
– Конечно! Он запросто мог войти в школу и хрястнуть его топором по голове, тем более что у него для этого имелись такие веские причины.
Ведь Вадик был моложе его на целую жизнь и красивый.
– А что ты думаешь по поводу Голубевой?"
"– Думаю, что она сама отравилась из-за Льдова. Она любила его, а он на ее глазах обнимался с Драницыной. Вот у кого нет никаких тормозов. Ей вообще никого никогда не было жалко. Я знаю, что Наташа пыталась упросить ее не встречаться с Льдовым, но Драницына не могла отказаться от роли близкой подружки лидера. Я слышал, что Вадик назначил им обеим свидание в кабинете географии в одно и то же время.
Что ж, это в его стиле. Но ни одна из них его не убивала. Думаю, что Драницына пришла в класс первая, а потом появилась Наташа Голубева, и сдается мне, что Льдов для остроты ощущений сказал ей что-то вроде: «Что это ты пришла? Тебя сюда никто не звал!» В этом был весь Льдов. Но я не берусь утверждать…
– Хорошо. А Горкин?
– Он – дебил. Как и Олеференко. Но он «шестерка» Ларчиковой, это он тогда позвонил ей и сказал, что мы бьем в посадках интернатскую девчонку.
– И она приехала туда? Успела?
– Приехать-то она приехала, да только я не уверен, что ей удалось что-то увидеть. Мы не насиловали эту девчонку, а просто раздели… – Кравцов впервые за все это время покраснел. – Мне теперь надо раздобыть где-то пятнадцать тысяч, а то интернатские то же самое сделают с нашими девчонками, а Перепелкиной достанется еще хуже, ведь это же из-за нее все началось, это она вызвала на «стрелку» Марину.
– Тебе надо вернуть то, что вынес из дома Горкин.
– Да я договорился, продам свою видеокамеру и расплачусь.
И тут Кравцов понял, что проговорился. Незаметно для себя. Ведь он, по сути, признался, что заставил Горкина ограбить собственных родителей.
– Ты не договорил про Драницыну. Думаешь, она приехала на дачу с Пермитиным?
– Да наверняка. Он ведь денежный мужик, поманил ее, вот она и согласилась. А тут появилась Ларчикова, подняла шум… Думаю, что вам надо встретиться с ним и допросить. Он – гусь еще тот.
