В сумочке под крокодиловую кожу Юля нашла тюбик губной помады, пудреницу, грязный носовой платок, потертый кожаный кошелек, набитый смятыми сотенными купюрами, упаковку голландских презервативов, пачку сигарет «Мальборо» и шикарную – явно чей-то подарок – зажигалку…
– Странно, – сказала Юля, нервно щелкая зажигалкой и любуясь тугими желто-фиолетовыми языками пламени, – а Маслова мне сказала, что зажигалка не работает…
И тут ее взгляд упал на клочок бумаги с написанными на нем адресом и номером телефона.
– Петр Васильевич, что же вы раньше молчали?
– О чем?
Совершенно сбитая с толку, Юля смотрела на Сазонова, не понимая, знает ли он, что и адрес, и телефон, найденные среди вещей Масловой, принадлежат ей, Юле Земцовой. Ведь это сазоновское «о чем?» могло свидетельствовать о том, что, предлагая Юле найти что-то особенное в этих вещах, он имел в виду совсем другое, чего она еще не успела обнаружить. А раз так, то, может, и не стоит пока афишировать, что в сумочке Масловой нашлась записка с координатами Земцовой.
Мало ли…
– О том, что у вас в сейфе припрятана бутылка пива.
– А ты откуда знаешь?
– Так ведь даже пакет пахнет пивом…
– Не заливай, – догадался Петр Васильевич, что его дурачат, – оно закупорено. Ты снова от меня что-то скрываешь. Что такого ты увидела в этой записке? Кому принадлежат этот телефон и адрес?
– Не знаю… Меня заинтересовало другое: откуда у нее такая дорогая зажигалка? Хотя если учесть то, что она могла работать на какого-нибудь официального агента по недвижимости и получать свою долю, то вполне возможно, что она ее заработала…
– Какая же ты невнимательная, Земцова! А Крымов тебя хвалит… Смотри, – и Петр Васильевич торжественно ткнул пальцем в ту же записку, но только осторожно перевернув ее, – на обороте был, оказывается, еще один адрес, который знала почти каждая женщина города, – тебе этот адрес ни о чем не говорит?
– Никольская, двадцать пять? Никольский роддом? Женская консультация? А что в этом удивительного?
– А то, что через эту самую женскую консультацию мы могли бы выяснить, по какому поводу была у них Маслова…
Юля, покашливая, дала понять, что причин для посещения женщиной гинеколога может быть великое множество и что это ничего не доказывает и уж тем более не свидетельствует о том, что это может быть как-то связано с убийством девушки.
