Говорил, что у него слишком много братьев и когда-нибудь он сделает из меня сестричку – тогда он сможет жениться на мне. И это он бросил моего котенка в колодец. Сказал, будто не он, но это ложь.
– Эг правду говорит, – устало пожал плечами Дейерон. – Эйерион – настоящее чудовище. Считает себя драконом в человеческом образе. Потому он так и накинулся на этих кукольников. Жаль, что он не родился Фоссовеем – тогда он считал бы себя яблоком и всем было бы намного легче. – Дейерон, нагнувшись, поднял свой плащ и отряхнул его от влаги.
– Надо пробраться обратно в замок, пока отец не хватился, почему я так долго точу меч, но прежде я хотел бы перемолвиться с вами словом наедине, сир Дункан. Выйдем?
Дунк посмотрел на принца с подозрением и убрал кинжал в ножны.
– Как будет угодно вашему высочеству. Мне все равно нужно забрать свой щит.
– А мы с Эгом пойдем собирать рыцарей, – объявил Раймун.
Дейерон завязал плащ вокруг шеи и натянул капюшон. Дунк вышел за ним под моросящий дождь, и они двинулись к повозкам торговцев.
– Я видел вас во сне, – сказал принц.
– Вы уже говорили. В гостинице.
– Вот как? Ну что ж. Мои сны не такие, как у вас, сир Дункан. Мои сбываются. Они пугают меня. Как и вы. Мне снились вы и мертвый дракон – здоровенный змей, с крыльями такими широкими, что они могли бы покрыть этот луг. Он рухнул на вас – однако вы были живы, а он мертв.
– Я убил его?
– Этого я не могу сказать – однако вы были там оба.
Когда-то мы, Таргариены, повелевали драконами. Теперь их больше нет, но мы остались. Мне все равно, умру я сегодня или нет. Одни боги знают почему, но мне все равно. Однако вы уж сделайте мне одолжение и убейте лучше моего брата Эйериона.
– Я тоже готов умереть, – сказал Дунк.
– Ну, я-то вас убивать не стану, сир. Кроме того, я откажусь от своего обвинения, но это не поможет, ибо Эйерион от своего не откажется. – Дейерон вздохнул. – Быть может, я уже убил вас – своей ложью.
Если так, то простите. Я все равно обречен попасть в ад – в такой, где не дают вина. – Он содрогнулся, и они с Дунком расстались под легким прохладным дождем.
* * *Торговцы поставили свои повозки на западном краю луга, у рощи, где росли береза и ясень. Дунк стоял под деревьями и беспомощно озирался, глядя на пустое место, где недавно стоял фургон кукольников. Уехали. Этого он и боялся. Я бы тоже уехал, не будь я таким тупицей.
