Даже если эти вещи принадлежат сиру Арлану из Пеннитри, очень может статься, что вы нашли его мертвым и присвоили их. Быть может, вы имеете еще что-то в подтверждение своих слов – какую-нибудь грамоту или…
– Я помню сира Арлана из Пеннитри, – сказал человек на стуле. – Насколько я знаю, он никогда не побеждал на турнирах, но всегда сражался с честью. Шестнадцать лет назад в Королевской Гавани он повалил в общей стычке лорда Стокворта и бастарда Харренхоллского, а еще раньше в Ланниспорте спешил самого Седого Льва.
Тогда, правда, этот лев еще не был сед.
– Да, он мне об этом много раз рассказывал, – сказал Дунк. Сидящий пристально посмотрел на него.
– Тогда вы должны знать настоящее имя Седого Льва."
"В голове у Дунка образовалась полная пустота. Ведь старик же тысячу раз говорил… лев, лев, как же его звать? Дунк был близок к отчаянию, и тут его осенило:
– Сир Дамон Ланнистер! Седой Лев! Теперь он – лорд Бобрового Утеса!
– Верно, – приветливо сказал высокий, тряхнув своими бумагами, – и завтра он выходит на поле.
– Как ты можешь помнить какого-то межевого рыцаря, который когда-то случайно спешил Дамона Ланнистера? – нахмурился принц с серебристой бородой.
– Я взял за правило знать о моих противниках все.
– Как это тебя угораздило выбрать себе в противники межевого рыцаря?
– Это было девять лет назад, в Штормовом Пределе. Лорд Баратеон устроил турнир в честь рождения внука, и мне в первом поединке по жребию достался сир Арлан.
Мы сломали четыре копья, прежде чем я наконец спешил его.
– Семь копий, – поправил Дунк, – и он тогда сражался с принцем Драконьего Камня. – И тут до него дошло. Дунк-чурбан, темный, как погреб, явственно послышалось ему.
– Так оно и было, – ласково улыбнулся принц со сломанным носом. – Истории с годами приукрашиваются. Не думайте плохо о своем наставнике, но боюсь, что сломали мы все-таки четыре копья.
Хорошо, что в зале стоял полумрак – Дунк чувствовал, как горят у него уши.
– Ваша милость. – Нет, не так. – Ваше высочество… Конечно, их было четыре, и я вовсе не хотел… – Дунк упал на колени и склонил голову. – Старик, сир Арлан, всегда говорил, что я темен, как погреб, и туп, как зубр.
– Вы и сильны, как зубр, судя по виду, – сказал Бейелор Сломи Копье. – Ничего страшного не случилось, сир. Встаньте.
Дунк встал, думая о том, должен ли он держать голову склоненной или, может, смотреть прямо на принца.
