Горбачев вылетел в Хельсинки для встречи с президентом Дж. Бушем, Верховный Совет РСФСР вопреки первоначальной договоренности, практически без обсуждения одобрил программу С.С. Шаталина — Г.А. Явлинского. Тогда же открылась сессия Верховного Совета СССР, на которой Н.И. Рыжков представил свой доклад «О подготовке единой общесоюзной программы перехода к регулируемой рыночной экономике и выработке мер по стабилизации народного хозяйства». Вернувшись в Москву, М.С. Горбачев расценил это выступление Н.
И. Рыжкова на сессии Верховного Совета СССР как «неверный шаг» и объявил «перерыв в дискуссии». По мнению ряда современных авторов (И. Фроянов, А. Островский), подобная пауза была вовсе не случайной, поскольку еще в июле 1990 г. в американском городе Хьюстоне состоялась встреча лидеров «Большой семерки», на которой было решено направить в СССР «для ознакомления» с состоянием советской экономики «группу международных экспертов». Одновременно в Москву была направлена «авторитетнейшая делегация делового мира Соединенных Штатов, возглавляемая двумя министрами».
В середине сентября 1990 г. М.С. Горбачев принял госсекретаря США Дж. Бейкера, министра торговли США Р. Мосбахера и группу ведущих американских бизнесменов. В этот же день Р. Мосбахера, американского посла Дж. Мэтлока и крупных американских бизнесменов — Д. Андреаса, К. Дерра, Д. Кендалла и Дж. Мэрфи принял и Н.И. Рыжков. В связи с этим обстоятельством в обсуждении доклада премьер-министра страны на сессии Верховного Совета СССР и был сделан перерыв.
Обсуждение экономической реформы возобновилось только через несколько дней. Одновременно с этим отдельной брошюрой в виде приложения к «Комсомольской правде», а затем в «Литературной газете» появилась работа А.И. Солженицына «Как нам обустроить Россию», в которой он предельно откровенно предложил ликвидировать союзное государство, сбросить «закавказское и среднеазиатское подбрюшье» и создать новое единое государство на базе России, Украины, Белоруссии и русских областей Северного Казахстана.
Поскольку статья была издана тиражом в 27 миллионов экземпляров, ее публикация представляла собою масштабную идеологическую акцию, преследующую совершенно определенные цели. Выбор времени этой публикации был совершенно неслучайным, поскольку в этот день в Верховном Совете СССР предполагалось начать обсуждение нового Союзного договора.
