был отлажен до совершенства. В строго определенных пропорциях соблюдалось представительство всех крупнейших республиканских, краевых и областных партийных организаций, военно-промышленного комплекса, правоохранительных органов, деятелей науки и искусства и т.д. Таким образом, в ЦК и его аппарате отражались интересы всех властных структур страны. Такая ситуация стала благоприятной средой для лоббирования различных интересов регионов и отраслей, где особой пробивной способностью отличались лоббисты военно-промышленного и аграрно-промышленного комплексов страны.
По подсчетам ряда историков (Р. Пихоя), высший уровень власти в стране представляли около 1 000 человек в Москве и около 3 000 по всему Советскому Союзу. В это число входили руководители аппарата ЦК КПСС, Совета Министров СССР, крупнейших «силовых» министерств — обороны, внутренних дел и иностранных дел, первые секретари обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик. К этому слою также относились все остальные министры, заместители министров, члены коллегии министерств и союзных ведомств, высшие представители советского аппарата, армии, госбезопасности, юстиции, промышленности, науки, пропаганды и культуры, являвшиеся членами и кандидатами в члены ЦК и ЦКК КПСС.
На местах к этому перечню добавляются все секретари и заведующие отделами обкомов и крайкомов партии и ЦК Компартий всех союзных республик, директора крупнейших промышленных предприятий, командующие всеми военными округами и крупными воинскими частями и соединениями, начальники региональных управлений КГБ СССР.
Продвижение наверх и развитие партийной карьеры уже не было, как раньше, связано с обязательным восхождением по партийной лестнице. Высшая элита страны с 1970-х гг. начинает все больше воспроизводить себя не за счет выдвиженцев снизу, а путем отбора и подготовки партийных, профсоюзных и комсомольских кадров и дипломатических работников в элитных учебных заведениях, таких, как Академия общественных наук при ЦК КПСС, Высшая партийная школа, Высшая школа профдвижения, Высшая комсомольская школа, Дипломатическая академия, Институт международных отношений МИД СССР и других.
"
"К концу 1970-х гг. высшее руководство страны выродилось в настоящую геронтократию — власть стариков. Средний возраст входящих в состав Политбюро и Секретариата ЦК руководителей страны возрос за прошедшее десятилетие с 60 до 68 лет. «Коллективное руководство» проявляло исключительное внимание к здоровью своих старших товарищей, и в 1978 г.
