– Как я их выбросил, тоже видел? – Олег продолжал смотреть на Годзиллу, как будто обращался только к нему одному.
– Зачем выбрасывать?
– А кому нужны паленые стволы?
– Там только один паленый ствол. Тот, из которого ты Светляка положил.
– Заткнись! – не выдержал Олег и заметил, как Годзилла вдруг вздрогнул.
Возможно, он представил, как сам получает пулю или крепкий удар молотком по голове.
– Не язык у тебя, а помело! – добавил парень.
– Из песни слова не выкинешь.
– Можно просто не петь и не свистеть.
– Я сам решаю, что мне можно петь, а что нет. Ментов мы не боимся, да, Коля?
Годзилла кивнул, не сводя глаз с Олега.
– За пацанов я переживаю, – продолжал Жорик. – А ты, Олег, им не нравишься хотя бы потому, что они Шампиньона уважали.
– Да?
Олег мог бы припомнить, как Жорик кинул Шампиньона. Хмырь это понял. Поэтому он вроде как по-дружески хлопнул его по плечу и пошел прочь. Годзилла двинулся за ним. Они сели в черный «Ленд Крузер», стоявший неподалеку.
Олег скривил губы, наблюдая за этим.
Наш пострел везде поспел. Даже внедорожник Шампиньона к рукам прибрал. Интересно, как это у него получилось?
Только «Ленд Крузер» исчез из виду, как появился Сирый. Он как будто ждал, когда машина уедет.
– Жорик где? – спросил он.
– Он тебе нужен? – с усмешкой спросил Олег.
– Нет, это мы ему нужны. Он же говорил, да?
– Что говорил?
– Что мы ему нужны.
– Ему или Годзилле?
– Да, Годзилле, это так. – Сирый махнул рукой.
– Все решает Жорик?
– Ну да.
– Что решает?
– Все.
– Насчет вас тоже?
– Нет, – ответил Сирый. – За себя мы сами решаем.
– Помнишь, как ты его мордой в коровью лепешку ткнул?
– Давно это было.
– Не важно. Он тебе этого никогда не простит, – проговорил Олег.
Возможно, Бубен и Сирый Жорику нужны были только для того, чтобы унижать их, тешить свое больное самолюбие.
– Этот хмырь сам когда-нибудь ткнет тебя мордой в дерьмо, – добавил парень.
– Мы вообще-то думали об этом.
В дверях появился Бубен. Он переступал порог, заметно пошатываясь.
На губах его играла самодовольная улыбка хорошо, в свое удовольствие выпившего человека. Но в ней чувствовалась тревога.
– А Жорика куда вы дели? – спросил он, пытаясь изображать безмятежность пьяной души.
– В кустах спрятали, – ответил Сирый.
– Это правильно. Мутный он, – щелкнув зажигалкой, сказал Бубен.
– Мутный, – буркнул Олег.
– У него большие планы на большой план, – заявил Бубен. – А это палево. Как бы он нас не подставил.
