Оксана убрала ладони от зареванного лица с поплывшей тушью под глазами и проговорила:
– Наверное… но он… ты ведь знаешь, как меня просто уговорить на что-то… я просто не умею не верить мужчинам, я запрограммирована на другое… мужчина сказал – мужчина сделал…
– Ксюш, ну это мужчина. А твой Колпаков… ну, какой он мужчина, это же недоразумение просто.
Я подсела к ней и обняла. Как бы зла я ни была на подругу за ее легкомыслие, но видеть, как она убивается по человеку, на которого даже плюнуть жалко, мне было невыносимо.
– Ксюш… не надо плакать. Надо собрать свои вещи и вернуться домой."
"– А Севка? – пробормотала она.
– Ну, придумаем что-то… мне тебя учить?
– Стыдно, Деля… так стыдно… ведь я как идиотка ночи напролет строчила ему этот сценарий, который у него никак не шел, я все линии выправила, всех героев довела до ума, чтоб картонными фигурами не выглядели, каждому целую историю придумала… – всхлипывала подруга, – и он, сволочь, восхищался, руки мне целовал, на коленях ползал… говорил, что я его спасла, что он все сроки пропустил… не может разорваться на два фронта – и снимать, и писать… и ведь уже тогда знал, что кинет меня снова… снова – ни денег, ни работы, ни мужика… когда ж это кончится…
– Все, хватит.
– Я похлопала ее по спине. – Успокаивайся. Останешься у нас?
– Нет… поеду…
– Куда поедешь? С ума сошла?
– Домой… к Севке… – прорыдала Оксана мне в плечо. – Скажу, что у тебя в клинике лежала…
Это мне не очень понравилось, но ничего другого сразу на ум не приходило, чтобы замаскировать пару недель ее отсутствия.
Никогда прежде я не позволяла ей прикрываться мной или моей клиникой, считая это для себя неудобным – как потом Севе в глаза смотреть? Но сегодня, кажется, придется пересмотреть это правило.
– Хочешь, мы тебя проводим?
Она замотала головой:
– Нет, Деля. Спасибо. Я сама должна… ты только, если что, подтверди, что я у тебя лежала, ладно?
– Подтвержу, – улыбнулась я.
– И еще… Деля, ты меня прости за тот разговор, а? Мне так обидно стало… вот я и…
– В другой раз думай, что говоришь.
Я ведь тоже обидеться могу, что я – машина бесчувственная, что ли?
Мы проводили ее до такси, и Оксана уехала, а Матвей, обняв меня за плечи, виновато проговорил:
– Дель, ну, я ведь не знал…
– Это, поверь, к лучшему. Завтра у тебя консультационный день, ты не забыл?
– Не забыл. Идем домой, надо ложиться.
…Всю ночь мне снился сверкающий плешью Колпаков, размахивающий папкой со сценарием, и из нее сыпались герои в виде фанерных фигурок.
