Больше я не верила никому, кроме моих подруг. И увольняться с фирмы “Юриад” я не собиралась.
“Знаете что, – подумала я, – а пошло оно всё конём!” И раскрыла дело, которое прихватила с собой, чтобы изучить, потому что привыкла работать по ночам с Сёмиными документами. Это было очень интересное дело, и, по-моему, оно было близко к тому, с чем очень скоро пришлось бы мне столкнуться: раздел квартиры, раздел имущества.
В общем, показалось, что я буду на другой стороне этой истории.
Только Даня пока об этом не должен был знать.
Я всхлипнула. Ещё один нож в моей спине. Какого чёрта происходит? Я десять лет жила спокойно! Может быть мне и не надо было оборачиваться тогда с той тарелкой?
Внезапно я вспомнила об утках: “Они же ждут!…”, и отложив дело, пошла собирать им корм.
Это было ожидаемо, но Слава ждал меня у подъезда.
– Лиля, ты не понимаешь! Давай, ты не будешь делать скоропалительных выводов? Пойдём!
Он зашагал рядом.
– Так, покормим малышей, и я домой, – сказала я ему спокойно, ничего при этом не чувствуя.
Слава говорил, волнуясь:
– Ты понимаешь, Лиля, мы с женой давно расстались. Да, она хочет продолжения нашего брака, но я не хочу…
– Слава мне не интересно об этом слушать, – перебила я его, – не интересно зачем ты втянул меня в вашу историю? Слава попытался коснуться моей руки, но я тут же её отняла, его прикосновение было неприятным. Я понимала, что эта история закончена.
Как мне был дорог этот парк, эти деревья, эти дорожки, тропинки. Эти утки, чёрт побери!
Я поняла, что люблю это место, как некоторые любят центр Москвы. Я полюбила это Бибирево.
Потому что здесь началась моя новая жизнь. Я уже знала, что куплю эту квартиру в которой поселилась.
Я думала об этом, идя рядом со Славой… только об этом.
Его слова, доносящиеся до меня, так мешали думать о будущей жизни... Я смотрела на едва зеленеющие деревья и замечала: вот уже нет снега под ногами.
И запахи были совершенно другими.
Мне было здесь так хорошо.
Слава богу, Слава больше не пытался продолжить этот неприятный разговор. Он молча проводил меня до дома, попытавшись еще раз коснуться на прощанье.
Придя домой, я вернулась к делу, которое взяла у Дани в кабинете. Мне очень захотелось быть главным защитником этой женщины, против которой выступал Даниил.
