Ян уверен, что я ущербная и не могу иметь детей.
— Хорошо, — обрываю я внезапно повисшую тишину. — Адам, — вздергиваю подбородок. — Тогда я буду работать в компании.
— Тебе нужно учиться, — рычит Ян.
— Я всюду успею, братишка, — специально раздражаю его. — Я способная, — подмигиваю. — Адам, я действительно готова войти в ваш бизнес, раз уж владею половиной всего. Я хочу разобраться, что к чему, — говорю убедительно.
Сама же мысленно разрабатываю план. У меня есть около трех месяцев, прежде чем будет заметен животик.
Пашкевич говорил, что при моей комплекции скрывать можно чуть ли не до пяти, выбирая подходящую одежду.
Что же, за это время мне необходимо разобраться с компанией и найти способ все-таки избавиться от своей доли. Но главное — я должна выяснить, кто пытался отравить нас с Адамом. И оградить деда от угрозы повторного покушения.
А еще… попрощаться с Даниэлем. И это больнее всего. Но Ян станет его законным отцом, так что мальчик будет в безопасности.
Я же твердо намерена уехать отсюда.
Потому что не готова простить Яна. Он развел такое болото лжи — пусть сам в ней варится.
— Вот это совсем другой разговор, — довольно тянет Адам и берет меня за руку, согревая теплом. — Ян, подготовь основные бумаги. И введи Доминику в суть работы, — приказывает внуку. — Кажется, у тебя там несколько контрактов горит? — Левицкий кивает, а мне придушить его хочется. Лжец! На что только не готов был пойти ради моей подписи! — Вот как раз и подпишете."
"В момент, когда я готова разлететься, как осколочная граната, и уничтожить тех, кто сидит напротив, к столу подходит Божена, сиделка Адама.
Ян взял ее вместо Эда. Я не спорила, подчинилась его мнению, но ввиду последних событий… начинаю сомневаться.
— Ваши лекарства, пан Адам, — Божена ставит блюдечко с таблетками возле тарелки деда.
Мне от одного вида разноцветных кружочков без упаковки и каких-либо опознавательных знаков не по себе становится. Ведь здесь может быть все, что угодно…
Кем на самом деле является Божена? Насколько мы можем ей доверять? Что если ее подкупит кто-нибудь из Левицких и…
Смотрю на деда, перевожу взгляд на комнату, где скрылся Дан, опускаю на свой живот.
Зажмуриваюсь и вздыхаю шумно. Встряхнув головой, распахиваю глаза. Слишком много дорогих мне людей на квадратный метр проклятого особняка.
В одиночку мне не справиться. У Яна свои союзники вроде Анны, которым я не намерена доверять.
— Дедуль? — зову вкрадчиво, а боковым зрением за Левицким слежу.
