Смысл в этой мечте, если она неосуществима? Не будет хохочущих детей и грядки с огурцами.
Я сократила свои планы на жизнь на девяносто процентов, урезав их до необходимого минимума. Еда, сон, секс, работа. Получала ли я от этого удовольствие в последние годы?
Нет.
Это как будто ты приходишь в кинотеатр на самый долгожданный фильм, а вместо этого тебе включают трейлер к другому фильму. Один за одним. Один за одним. И вот ты сидишь и ждешь, когда же начнется то самое кино. А оно все не начинается, тебе вместо этого продолжают показывать сцены из какой-то другой жизни, которая тебе неинтересна.
Я застряла в этом состоянии. Все ждала чего-то. Когда же, наконец, пойдут титры и мне начнут рассказывать историю.
Вместо этого в зале включили свет и выгнали меня из кинотеатра.
Но вот что получается: ты уходишь из кинотеатра, забываешь о том, что хотел что-то посмотреть, идешь на работу, по магазинам, едешь сдавать декларацию в налоговую.
И тут на всех экранах города начинают показывать долгожданный фильм. Только тебя несет трамвай, и ты не успеваешь уловить суть, не слышишь диалогов.
Я запретила себе хотеть детей. Лишила себя этой фантазии добровольно. Отказалась от этой затеи, нарисовала себе жизнь, которая именуется новомодно — чайлдфри.
Я заготовила ответы на вопросы:
— Почему у вас нет детей?
— О, я просто чайлдфри.
— Не можете иметь, да?
— Нет, просто не вижу себя в роли матери.
Все это с широкой улыбкой на лице, так, чтобы собеседник не понял, что у меня внутри идет трещина по стенам и сыплется штукатурка.
Жизнь все решила расставить по своим местам, указав мне на мое, даже не спросив при этом моего мнения.
Люблю ли я этого ребенка? Мне кажется, нет.
Хочу ли я этого ребенка? Мне кажется, нет.
Готова ли я отказаться от него? Ни за что на свете!
Когда за Кириллом закрылась дверь, я перестала плакать.
Он сказал: нельзя.
И я, послушав его, прекратила.
Но это не значит, что я поднялась и ушла, ну я не знаю… смотреть телевизор? Принимать аромаванну? Делать себе ужин?
Я тупо сидела и смотрела в одну точку, пытаясь вспомнить, какой фильм хотела посмотреть. Пыталась возродить в памяти ту самую мечту с огурцами и петуньями.
Картинка в памяти появилась, но была уже иной. Я так и не разглядела очертаний, они были скрыты туманом. Но я знала одно: там мне было хорошо.
