Мы с Гордеем с самого начала договорились, что я не буду лезть в его работу и устанавливать там свои порядки, поскольку для него это всегда был главный страх номер один, поэтому он так скептически относился к браку.
Я же была так в него влюблена и вдохновлена примером родителей, когда отец был в семье главным, что у меня даже мысли не возникло предъявлять ему какие-то претензии."
"Жаль, что тогда я не знала, что дело было вовсе не в его страхе, а в том, что он просто думал, куда присунуть своё хозяйство поудобнее.
А я в его глазах должна была быть молчаливой женой, которой легко заткнуть рот. Розовоочкастой дурой.
– Слушай, Соня, у тебя в роду палачей не было? Что-то у тебя вид такой кровожадный, будто ты задумала убить это медсестру. Ты на нее не обижайся. У нее, наверное, какое-то горе, раз она так рассеянно себя повела, хотя раньше за ней такого не водилось. Это хорошо, что я еще проверила тогда лекарство, а то бы его точно тебе вкололи. Ой-ой-ой, что бы было, наверняка уголовный процесс завели бы.
А там хай-вай, и мне пришлось бы ехать в больницу в райцентре к нашим коновалам, а я уже привыкла тут, да и доверяю местным врачам.
Люда всё продолжала болтать, думая, что это поднимет мне настроение и взбодрит, но, честно говоря, это никак не влияло на мое состояние. Я лишь с недоумением слушала порой ее фразы. Конечно, я не стала ей говорить, что у меня личные терки с семьей главврача, поскольку не хотела, чтобы эта Антонина была в курсе, что я уже обо всем знаю, и не предприняла что похуже.
– Ты извини, Люд, но мне поговорить надо, – сказала я соседке и встала с кушетки, направляясь в коридор, чтобы позвонить маме.
Если меня по итогу не выпустят из этой больницы, мне придется рассказать ей, что на самом деле происходит, поскольку теперь на кону стояла не только моя репутация, но и жизнь моего ребенка, да и моя тоже, так что рисковать я не собиралась.
– Алло, дочь, ты уже проснулась? Я чуть-чуть опоздаю, но скоро буду.
Может, что-нибудь тебе еще захватить? Я тут наготовила суп, тебе нужно покушать что-нибудь жидкое, а больничной еде я не доверяю, ты же знаешь.
Судя по голосу, мама была полна оптимизма, и мне было даже жаль, что вскоре она узнает, что всё не так радужно, как ей кажется, и что ее любимый зять Гордей совсем не тот, за кого себя выдает.
– Нет. Мне ничего не нужно, мам. Я хочу выписаться и уехать к бабушке с дедушкой.
