- Ты же боишься одна?
- Ещё больше я боюсь ошибиться."
"Сказала, как отрезала, и ушла, оставив меня стоять на улице, смотреть на луну и впервые за много лет думать про какую-то романтику.
Я ворочался и не мог уснуть, наверное, уже с полчаса. Не выдержав, вздохнул, вылез из палатки и юркнул в палатку Ани.
Нагло завалился рядом, притянул её к себе и крепко обнял.
- Поспать в обнимку ты не боишься, я надеюсь? - хмуро буркнул я и уткнулся носом в её мягкие волосы. Аня ничего не ответила, лишь положила ладошку на мои руки, тяжело вздохнула и прижалась спиной к груди.
Блядь, как с вами, бабами, тяжело то, а! Это я должен вздыхать сейчас!
- Хватит дуться, - буркнул я тихо. - Не поеду я никуда. Один, без тебя, не поеду.
- Вы сдурели? - тихо отозвалась Аня. - А потом будете меня винить в упущенных возможностях и загубленной карьере. Нет уж!
- Знаешь, что? - раздраженно шепнул я.
- Что? - в тон мне ответила она.
- Ты снова “выкаешь”! - усмехнулся я и развернул Аню к себе лицом.
- Прекрати…те, - упрямо шепнула она, выворачиваясь.
- Нам нужна пауза.
- Хуяуза, - отбрехался я, притягивая ее ближе к себе, и уткнулся носом в ее нос. - Ты - моя. Я тебя никому не отдам и никуда не отпущу. Поняла? Если потребуется, свяжу и заберу с собой.
- Не имеете пра!.. - я не дал договорить и впился в дрожащие губы, завладел ее языком и прижал к себе ещё крепче.
Мартышка попыталась брыкаться, но спустя несколько секунд сдалась и якобы нехотя начала отвечать на поцелуй. Ещё спустя минуту ее взмокшая ладошка заскользила мне по груди, но я, со входом, перехватил ее руку и поцеловал пальчики.
- На сегодня хватит. Я весь потный и грязный за день... Злой… Не хочу с тобой так. Завтра вечером вернёмся домой, сядем и будем разговаривать, пока не договоримся. Спи.
Я ловко отвернул Аню обратно спиной к себе, сгреб в охапку и закрыл глаза.
Мартышка недовольно повздыхала, поерзала, устраиваясь поудобнее на моей руке, и спустя пару минут затихла.
Блин, я думал, мне будет некомфортно через столько лет одиночества спать с кем-то.
Но нет, как тут и была. Будто каждый изгиб ее тела предназначен для того, чтобы обнимать его перед сном.
Лежим рядом, как две детали от пазла. Осталось совсем немного, чтобы соединиться. Но чьи-то невидимые руки все никак не доберутся до нас.
Утром я проснулся от ржача на улице. Тихонько выбрался из палатки, чтобы не разбудить Аню, и пошел к костру, где происходило какое-то странное веселье. Было ещё очень рано.
