Я с детьми вроде нормально общаюсь, но слабо представляю, каково это — иметь ребёнка. Со Светой трудились, потому что она хотела. Часто думаю — Бог отвёл, что так и не получилось.
Агаты на месте нет. Хмурюсь — не опаздывала пока ни разу. Смотрю на часы — это опять слишком рано. Даже Ксюши ещё нет, хотя офис уже открыт, уборщицы только ушли. Оставляю дверь в кабинет открытой, может, только поэтому слышу неторопливый перестук каблуков. Или это от того, что каждый волосок на теле дыбом встал, потому что это она?.. Не могу скрыть улыбку.
Выхожу и осекаюсь, так и не начав говорить: Агата бледная, глаза блестят, сухие, но смотрят с такой знакомой горечью. Она смотрит на меня и вымученно улыбается.
— Зайди, — прошу, понимая — если откажется, в душу не полезу. Если откажется, скорее всего не будет никаких шансов. Вижу, как сомневается. Сам дышать перестаю. Что-то случилось у неё вчера, переломное и явно меня не касающееся. Сердце пропускает удар. Агата делает шаг, ещё один, проходит мимо, в кабинет, падает на кресло и прикрывает глаза ладонью.
Длинно выдыхает, и я — вместе с ней.
— Как ты это пережил, а? — спрашивает горько. Пояснительная бригада не требуется.
— Тяжело. Работа отвлекла.
Она сегодня выглядит почти как в первый день. Бледно-голубая юбка миди, изящные щиколотки скрестила, как английская леди. Кремовое пальто, белый блейзер — как белая цапля, почти невесомая, сотканная из воздуха. Но чувствуется тяжесть, которая не даёт ей взлететь.
— Муж вчера решил, что до развода будет жить с нами, — говорит она тихо.
Смотрит на меня снизу вверх. — У них вообще совесть есть? Стыд? Как можно в душу насрать, а потом делать вид, что всё в порядке?
— Не знаю. — Развожу руками. Печально улыбаюсь. Вспоминаю о кофе, протягиваю. — Я не раз этим вопросом задавался, и, поверь, ответа так и не нашёл.
— Ты можешь дать мне номер адвоката, который вас развёл?
— Адвоката? — теряюсь. — Мы без него обошлись. Общего имущества особо не было, квартира моя, машину ей отдал. Детей нет. Но я могу спросить у друзей, вдруг кто подскажет.
— Спасибо. — Улыбка на этот раз искренняя. Как солнечный луч, скользнувший сквозь пыльное окно.
— Можно личный вопрос? — Дождавшись кивка, осторожно спрашиваю: — Почему вы разводитесь?
— Почему? — Лицо Агаты преображается. Она смотрит вглубь себя и кривит губы. — Потому что я оказалась недостаточно хороша, и он решил попробовать завести ещё одну семью. Наверное, я была пробной подпиской, которую просто каждый месяц забываешь отключать.
