Голая, горячая, моя. С Лялькой во мне зверь просыпается. Грудь у неё что надо — крепкая троечка, мять такую сплошное удовольствие. И сосать, и облизывать. Майку нахуй, кожа к коже, горячо. Стоит уже крепко, ссаживаю с себя пантеру, ставлю на колени посреди дивана, стаскиваю шорты с трусами.
— Люблю смотреть на тебя в этой позе, — говорю, а у самого дыхание сбивается. Ещё не начали, а уже аритмия. Вхожу в неё плавно — всегда так: размер не маленький. Не то, чтобы горжусь, так, констатирую. Пизжу. Конечно, горжусь.
Лялька глушит стон в спинке дивана, когда начинаю двигаться. Сначала медленно, постепенно наращивая темп. Натягиваю на себя, смотрю, как принимает. Глубже и глубже, почти по самые яйца. Ускоряюсь, и она уже не сдерживается: стонет тихо, но постоянно. Кончает быстро, внутри сжимает так, словно сломать хочет. Перед глазами искры, спускаю в неё, выхожу и падаю на диван. Коротко, ярко — в первый раз у нас всегда так. Лялька сползает с дивана, прикладывает к промежности халат и садится рядом.
— Кот точно не проснётся? — спрашиваю, пока рука тянется к виску, убрать прилипшие волосы за ухо.
— Он до утра спит так крепко, что можно команду футболистов с тренировкой через спальню провести. — Она трётся о ладонь. Не пантера сейчас — ласковая кошечка. — Сходим завтра на море? С начала лета там не были.
— На наш пляж?
— Угу. — Её голова опускается на моё плечо. Пальцы с длинным красным маникюром блуждают по животу, путаются в полоске волос. Спускаются ниже, накрывают вялый член. Искры в зелёных глазах, на губах — блядская улыбка.
— Продолжим?..
Нашим пляжем зовём маленькую бухту, куда доплыть можно только на катере. Тут я Ляльку и встретил шесть лет назад. Карэн, пилот из местных, решил показать «москалям» настоящее море. Как будто мы его не видели. Девчонки, конечно, уговорили нас со стюардами поехать. Понятное дело, с Карэном в уединённое место ехать никто не хотел. Пляж оказался занят: там загорали две девушки. Ляльку я заметил сразу. На подругу даже не взглянул.
Высокая, загорелая, сиськи отпад — без верха загорала. Заметила нас на катере и даже не попыталась прикрыться. Села, приставила руку козырьком.
— Девушки, можно к вам присоединиться? — крикнул, перегнувшись через борт. Она сказала «да». Мы причалили, в воду спрыгнул первым и к ней, как магнит к магниту. Высокая, метр восемьдесят, не меньше. Хищная. Волосы чёрными змеями по спине, глаза зеленющие, пронзительные. И губы пухлые, но не накаченные хуйнёй всякой. Свои.
