Они специально это делают, да? Хотят сделать мне больнее?
– Просто слов нет… Что говорит адвокат? Ты подала заявление на раздел имущества?
– Конечно. Федор Алексеевич сказал, что узнать о счетах мужа я могу только по решению суда. Я подала заявление на раздел имущества.
– Молодец, Варюха, – хвалит меня Ксения, подкладывая еще один кусочек торта. – Ох, и вкусно же Антоновна печет. Никогда от ее выпечки не отказываюсь.
Почему нельзя выбросить все из головы разом? Сосредоточиться на другом, перевернуть страницу? Нет больше той жизни, нет ее! Так и хочется дать себе подзатыльник, заставить встряхнуться.
Вчера я даже в салон красоты сходила, седину закрасила… Я и не замечала парочки серебристых волос, раскроивших мою шевелюру, а Юра… Наверное, давно их заприметил, вознамерившись заменить старую, истрепавшуюся жену на молодую?
Снег скрипит под подошвами ботинок, когда я топаю к остановке. Луна лимонной долькой висит в серовато-синем небе, а душу заполняет влажный, зимний воздух…
Скоро Новый год… И впервые за долгие годы я буду отмечать его в новом, принадлежащем мне одной, жилище.
Приглашу в гости папу и тетю Галю, Ксению и новых коллег – ординаторов Зою и Наташу…
Не будет привычной елки – раньше мы наряжали ее с Катенькой, торта «Пьяная вишня» – моего фирменного лакомства… Будет все другое…
Снежинки кружатся в свете желтого, висящего возле остановки фонаря. Залюбовавшись пейзажем, не сразу замечаю, как в кармане вибрирует смартфон.
Горло сдавливает спазм страха, когда я принимаю вызов от абонента с именем «Любимый» – я так и не успела сменить его имя на другое…
– Слушаю.
– Умная стала, да? Твой адвокатишка мне звонил, – холодно произносит Юра. – Ты как сыр в масле каталась. Наряды дорогие, украшения, дом… Чего еще тебе нужно? Зачем ты подала заяву на раздел имущества?
– А я не заслужила за двадцать лет брака отступных? Юра, тебе, правда, не стыдно? Я ведь все, как вы хотели, сделала? Ушла, даже вещи толком не забрала… Другая бы жена…
– Не надо причислять себя к лику святых.
Ты во всем сама виновата, Варя. Упустила мужика. Я не диван и не камин… Мне внимание было нужно, секс опять же…
– Секс? Не говори, что тебе чего-то не хватало, Глебов! Я… Я никогда не отказывала, – почти рычу я, привлекая внимание стоящих на остановке людей. – Мы хотели ребенка… Мы…
– Но его нет, – орет он в динамик. – Ребенка нет! Есть Катя – моя дочь, которой я собираюсь подарить все имеющиеся на моих счетах деньги.
