Знакомства с родителями, как нетрудно догадаться, в моей жизни никогда не было. Марат дядю перед фактом поставил. Плевать ему было на всех.
А тут я вообще не при делах, но меня под микроскопом изучат и найдут недостатки.
В этот момент на лестничную клетку из квартиры Ливневых вываливается тучная женщина. Не сразу, но я ее узнаю.
Она меня тоже.
Гримаса шока и неприязни её лицо искривляет. Только и может вымолвить:
– Ты?!"
"Глава 25"
"Ситуация неприятная, но, видя, как у Натальи Викторовны краснеют уши, я едва смех сдерживаю.
Сколько лет прошло с момента моего выпуска из детского дома, а она не изменилась – грузная, хмурая, испепеляющая взглядом каждого, кто на пути попадется.
Вечно всеми недовольная. Мной в особенности.
– Булавина, что ты тут делаешь?!
Не сразу понимаю, что ко мне обращается. Я свою девичью фамилию давненько не слышала.
– Здравствуйте, Наталья Викторовна! – рапортую бойко. – Рада Вас видеть.
Азарт откуда-то берется.
Не сказать, что я рада видеть одну из своих «надзирательниц».
Любви особой между нами не было. А если быть честной, то нас с Маратом она терпеть не могла, особенно после того, как мы с ним ночью сбежали. Гуляли по городу до утра.
Марат сделал мне сюрприз. Каким-то образом договорился, чтобы каток не закрывали на всю ночь, и много часов учил меня на коньках кататься. Хотя бы стоять.
Его после этого забрали вскорости, а я осталась выслушивать нравоучения о своем неподобающем поведении.
Секса у нас не было, но Наталья Викторовна в это не верила и на следующей медкомиссии настоятельно рекомендовала гинекологу меня хорошенько проверить на наличие девственной плевы.
Крайне унизительно было!
Надо ли говорить, что уже к пятнадцати годам у нас не все девочками оставались? А влетело именно мне!
Сейчас если она и замечает мою подчеркнутую вежливость, то никак ее не комментирует, резко внимание на сына переключая.
– Георгий, как это понимать?! Я приехала, а вас дома нет! Сумки самой нести пришлось.
Я перевожу взгляд на него, с ходу считывая раздражение Ливнева.
– Ты же знаешь – у Лизы логопед сегодня. Надо было предупредить, мы бы за тобой заехали, – бросает он.
– И время нашел бы? – поджав губы, на меня недовольно смотрит. Будто бы ждет, что я развернусь и сбегу.
Мысль такая меня посещает.
Мое прошлое – это не то, куда бы вернуться хотелось.
За семь лет жизни в браке мне казалось, что я переросла неуверенность и ту гору комплексов, что когда-то копились во мне с каждым годом, проведенным в интернате.
