Сейчас я не в том состоянии, чтобы долго себя контролировать. Мне это дается с трудом. Перестань капать мне на нервы, иначе за всех ублюдков я на тебе отыграюсь. Очень этого не хочу. Не вынуждай.
Не замечая недоумения, написанного у него на лице, поправляю воротник его рубашки, словно смахивая лишнее. Не дожидаясь ответа, в приемную дверь открываю.
Моя секретарша на ноги подскакивает от неожиданности.
Я никого о прилете не предупредил.
Сейчас мне каждого проверить хочется.
Замашки, оставшиеся из юности. Когда ты изначально всех ненавидишь и не доверяешь.
– Марат Дамирович, здравствуйте. Рада Вас видеть. Мы так рано не ждали Вашего возвращения, – выпаливает, явно сама своих слов пугаясь.
– День добрый, Агата. Где остальные? – киваю в сторону двух пустующих столов.
У меня два секретаря и несколько помощников.
Компьютеры на двух рабочих столах отключены.
– Грипп, Марат Дамирович. Они ходили на работу больными. Так сильно кашляли… Наиль…, – преисполненная переживаниями, она забывает отчество друга.
Нервно смотрит то на меня, то на Наиля, стоящего рядом со мной. – Скажите, пожалуйста, что это Вы отпустили.
Он кивает соглашаясь.
Заебись. Теперь в моем офисе заправляет Гимаев. Понятно теперь, какого черта он не хотел, чтобы я возвращался.
– Свари нам кофе, – прошу перед тем, как скрыться за дверью своего кабинета.
– Чуть нос мне не сломал, – сетует Гимаев, когда я с силой хлопаю дверью.
Он решил зайти с другой стороны. Разрядить обстановку.
Но ненадолго.
– Не узнаю тебя в последнее время.
Что происходит? Из-за Авроры? Может, тебе стоит психоаналитику показаться? Для начала можешь с меня начать. Зачем ты поручил Зорину развод оформить? – сыплет вопросами, падая на кожаный диван, стоящий неподалеку от двери.
До добра любопытство никого не доводило.
– Я тебя просил подыскать юриста. Ты не справился, – напоминаю ему.
– Дал тебе время остыть, – мгновенно оживляется, понимая, что раз я не дал ему по морде сразу, значит, выдам новую порцию информации. – Не ожидал, что ты так лихо, но так бездарно просрешь любовь всей своей жизни.
Ходят слухи, что ты ей изменил. Я не поверил.
Краска медленно сходит с его лица, когда он мой взгляд ловит.
Левый отсос – это точно не то, чем бы я хвастаться стал, но…
Лучше так, чем совершишь то, чего сам себе впоследствии простить не сможешь.
В тот вечер я как никогда был близок к тому, чтобы сломать хрупкую шейку жены. После этого жизнь бы точно потеряла всю свою прелесть и смысл.
