Правда, продлилось это действо недолго: спустя несколько месяцев Марат психанул из-за того, что я пару минут пообщалась наедине с тренером – о боже, мужчиной, – и оборудовал полноценную тренажерку в цоколе нашего дома.
«Сиди, Рори, дома и не отсвечивай».
В моем случае трудно обзаводиться друзьями.
С одной стороны – муж не слишком приветливый человек. А с другой – почти всё свое время я провожу на работе. В школе.
Имея богатого мужа, очень трудно в педагогическом коллективе своей стать.
Возможно, это мне так повезло, но коллег доброжелательными можно только с натяжкой назвать.
Нет, конечно же, мне в глаза они щебечут, словно дивные райские птички. Но стоит только отвернуться, как в спину летят кривые недовольные взгляды, сопровождающиеся гримасами непонимания (в лучшем случае).
Первый год я старалась объяснить, что мне нравится работать с детьми. Какой бы ни была зарплата, хожу на работу всегда с удовольствием.
Марат единственный, кто меня понимал. И поддерживал.
Находясь при деле, я не сильно его донимала.
Да и сверхурочная работа способствовала тому, что даже дома мне всегда было чем заняться, главное – вовремя заправлять мне картридж и иметь запас чистой цветной бумаги для печати.
Кожей чувствую мужа. Он идет за мной по пятам, и его тяжелый взгляд прожигает мой затылок.
Хочется развернуться и наорать на него, но не решаюсь.
Нервно толкаю входную дверь и едва на ногах удерживаюсь. Кто-то, находящийся снаружи, с силой тянет её на себя, и я лечу носом вперед.
Ощущаю на своем плече мертвую хватку.
Реакция у Марата, как всегда, превосходная. Ставит меня на ноги. Свободной рукой отпихивает мужика, пытающегося возмутиться моей неловкостью.
– Смотри куда прешь! – цедит с такой ненавистью, что я мысленно умоляю незнакомца промолчать. Если он хоть что-то скажет, через десять секунд завоет от боли.
Взглянув на Марата, мужчина начинает бормотать извинения, для искренности прижав руку к груди.
Надо же, какой проницательный. Успел сообразить.
Я, в целях безопасности, на мужа не смотрю.
Боюсь накинуться на него.
Хочется лицо расцарапать. Сделать больно. Очень больно.
Хочу, чтобы он страдал. Как и я.
«Наивная! С чего ты взяла, что ему есть до тебя дело? Может, он уже давно тебе изменяет?!», – мысль раскаленным ножом по моему сердцу проходится.
Как с этим жить?
Голова отчаянно кружится. Внутри пожар разрастается. Выжигает всё живое во мне.
Если бы не малыш, я бы умерла здесь и сейчас.
Своей изменой он отобрал у меня всё.
