Они могут завести не в ту степь, – с нетерпением проговаривает Наиль.
Меня трясти начинает. Сглотнув, с трудом проговариваю:
– Ребенок Марата.
Дальше ничего не говорю, потому что Наиль откидывается на спинку стула, буквально растекаясь по нему. Полное расслабление.
Установив со мной зрительный контакт, широко улыбается.
– А я ему говорил! Вот осел, – проводит ладонью по щеке.
– Что ты ему говорил? – запинаясь, спрашиваю.
О ребенке никто не знал. Иначе бы муж меня не отпустил.
– Да так…, – медленно произносит.
– Давай по порядку. В новой клинике ты лечила бесплодие?! Я прав?
– Откуда ты про клинику знаешь? – пунцово краснею и тут же бледнею.
Не видать мне спокойствия! Пульс пускается вскачь. Жду ответа Наиля, боясь сделать вдох.
Марат знал, что я лечение прохожу в другой клинике? Знал и ничего не сказал?
Боже…
Промолчать он мог только в одном случае: если донельзя себя накрутил, обвинив меня во всех мыслимых и немыслимых грехах.
– Ро, многое знать – это моя работа. И сейчас речь не обо мне, а о вас.
Я хочу помочь. Прошу тебя всё рассказать: как ты нашла эту клинику, кто посоветовал, как часто бывала, кто знал об этом. Сначала ты, а потом я расскажу, что знаю, – он подбирается, смотрит на меня сосредоточено. Ждет, что я соглашусь.
– Марат знал, что я его не послушала?
Для меня действительно важно это знать. Мой обман не станет ему оправданием, но хоть как-то я попытаюсь найти в темноте ту кривую дорожку, которая его привела в тот чертов ночной клуб.
Хотя о чем это я? Если он спал с племянницей Закирова, то ему было абсолютно всё равно, слушала я его или нет, говорила правду или обманывала.
Наивность так и рвется наружу, ничего с ней не поделать.
– Марат знает, что ты втайне от него посещала клинику, но что на самом деле в ней делала, не знает. Вернее, знает неправду.
Слова Наиля вызывают озноб, он ледяной волной прокатывается по всему телу.
Что значит, знает неправду? Что я ещё могла делать в клинике, оказывающей очень узкий спектр услуг?!
– Он следил за мной? – переполняющие эмоции делают тон голоса резким.
Вижу, как Гимаев сомневается, говорить или нет.
– Аврор, между вами недопонимание огромное произошло…
– О каком недопонимании ты говоришь, если Марат трахал другую женщину? Я своими глазами видела! Хочу забыть и не могу!
– Ты тоже не сидишь сложа руки…, – Наиль обрывает себя, понимая, что лишнего сболтнул.
Поздно.
В несколько движений на ноги поднимаюсь. Буквально спрыгиваю с кровати.
