А что если Дима завел на стороне вторую семью? Что если у него есть другая женщина, которая родила ему этих двоих детей?
– Да, район совершенно новый, здесь строят высокоэтажки, – сказала я, натянуто улыбнувшись.
Я ощущала потребность не отпускать этих детей, пока не вызнаю все, что мне нужно, поэтому добавила мягко:
– Вы ездите на метро сами? Сколько тебе лет? Прости, я не знаю твоего имени…
Девочка снова насупилась. Что там происходило в ее голове, знать не могла, но я ей наверняка не нравилась. Ну или, как минимум, вызывала у нее подозрения и чувство неприязни.
– Мне десять, – ответила она. – Скоро будет одиннадцать. И мама нам разрешает гулять одним. Мы, наверно, пойдем.
Они со Стасиком сделали пару шагов к выходу из магазинчика. Если сейчас уйдут – я ведь изведусь в сомнениях и у меня будет миллион вопросов к мужу. А может, все так и оставить, как есть сейчас? Спрошу у Димы по поводу того, не терял ли он карточку, а по ответу будет понятно, соврал муж, или нет. Ведь если скажет, что кредитка у него, значит, эта безымянная девочка ее вернет… отцу.
– Подождите! – окликнула я детей.
Они тут же замерли и уставились на меня широко раскрытыми глазенками.
– Я вас провожу до дома.
Я решилась на то, чтобы все для себя прояснить здесь и сейчас, что называется, не отходя от кассы. Причем в прямом смысле этого слова.
– В метро таким маленьким детям одним ездить нельзя. Вас может остановить полицейский и спросить, где ваши родители.
Говоря это, я брала ключи от магазина и телефон.
Подхватив сумку, огляделась. Вполне можно было закрыть здесь все и повесить табличку «Буду через два часа», которая имелась у меня на тот случай, если в течение дня требовалось уехать по делам.
– Но мы уже не раз ездили так, – запротестовала девочка.
Я покачала головой."
"– А сегодня вас провожу я, – отрезала жестче, чем требовалось. – И уже назови свое имя, пожалуйста.
Я говорила с ними намеренно строго, но на то были свои основания. У этих детей находилась банковская карточка моего мужа.
Вызывать полицию? Вряд ли они поедут сюда из-за настолько плевого дела, да и пугать Стаса еще больше не хотелось. Но и оставить все вот так я не могла, как и отнять единственное средство для оплаты у детей, которые приехали сюда с другого конца города.
– Меня зовут Арина, – все же представилась девочка. – Вы нас только до дома проводите, хорошо? А в квартиру заходить не надо, – добавила она каким-то странно звонким голоском.
– Хорошо, – согласилась я.
