— Девочка, ты зря сюда явилась, — тихо и угрожающе говорит мне бывший свёкр. — Ещё не поняла, что в этой профессии тебе места нет и не будет? Скажи спасибо, что я тебя не посадил — а мог! Прекращай дурить и забери заявление на развод, тебе ясно?
Я не успеваю ответить. За моим плечом вырастает Игнатьев.
— Господин Свиридов, — преувеличенно вежливо здоровается с тут же расплывшимся в улыбке свёкром.
— Даниил Антонович, рад, рад видеть, — кивает довольно. — Я надеялся вас встретить. Хотел обсудить лично возможность сотрудничества.
Запрос мы вам отправляли, но ответа не было, вы, видимо, очень заняты в последнее время?
Бросает на меня презрительный взгляд, словно показывая, что нечего мне здесь делать, когда светила медицины разговаривают.
— Да, — Даниил складывает руки на груди. — Я был занят. И буду занят. И полагаю, что вряд ли когда-то найду время для сотрудничества… с вами.
Улыбка Валерия Павловича словно замерзает на лице.
— Вот как, — он прищуривается.
— Да, — Игнатьев широко улыбается.
— Видите ли, у меня уже есть вариант для сотрудничества. Вы, полагаю, знакомы с Агнией Станиславной и знаете о её исследованиях? Думаю, дальнейшую разработку этого направления мы будем проводить вместе, если, конечно, Агния Станиславна согласится с моей кандидатурой.
Чувствам, которые меня сейчас переполняют, просто нет названия. Я смотрю на злого свёкра. Весь мой страх куда-то ушёл. Растворился без следа. И всё благодаря мужчине, который сейчас стоит за моей спиной.
— Ясно, — цедит Свиридов.
— Прошу меня извинить.
Круто поворачивается и исчезает в толпе. А я снова чувствую на спине тёплую руку.
— Шампанского? — с улыбкой спрашивает меня Даниил.
Киваю, принимаю из его рук бокал. Делаю пару глотков, глядя на мужчину поверх ободка. Ну, Агния, твой ход.
— Ты серьёзно говорил насчёт совместной разработки? — спрашиваю его.
— Ты полагаешь, я буду шутить такими вещами? — вопросом на вопрос отвечает он.
— Я думала, что ты просто будешь моим научным руководителем.
— Одно другому не мешает, ягнёночек, — Даниил пожимает плечами.
— Есть кое-что другое, что может помешать, — смотрю на него, и живот у меня скручивает в тугой узел.
— Что же? — снисходительно хмыкает хирург.
— Например то, что ты совершенно точно собираешься меня соблазнить, — говорю тихо, качнувшись к нему.
Он давится шампанским, закашливается возмущённо.
— Хочешь сказать, что я всё это сейчас сделал для того, чтобы…"
"И замирает с приоткрытым ртом.
