— Своя ноша не тянет, — довольно улыбается Даня и идёт к машине со мной на руках. — А у меня тут два в одном!
Три месяца назад я защитила диссертацию и тогда же узнала, что жду ребёнка. Игнатьев счастлив просто до умопомрачения и с такой же силой переживает, как бы со мной чего не случилось, хотя беременность протекает нормально. Я даже сомневаюсь, брать ли его с собой на роды. Не представляю, как он переживёт, что мне будет больно… Ну да ладно, ещё есть время решить.
Правда, когда я спустя месяц заикаюсь, что лучше бы ему со мной не ходить, дело чуть было не доходит до скандала.
— С ума сошла?! — Даня мерит шагами комнату, пока я сижу в кресле, поглаживая живот. — То есть ты будешь рожать, а я… где-то там… буду… ягнёночек, ты смерти моей хочешь?!
— Наоборот, я хочу, чтоб ты жил долго и счастливо, — закатываю глаза. — И желательно не поседевшим от ужаса.
— Солнце моё, да я поседею, пока буду под дверью родзала сидеть! — он качает головой, опускается на пол со мной рядом, утыкается мне в колени.
— Я должен быть рядом, — говорит глухо.
— Ладно, — сдаюсь, поглаживая его по волосам. — Конечно, ты будешь рядом. Извини, что я предложила…
— Не извиняйся, — Даня поднимает голову, улыбается, осторожно кладёт ладони мне на живот. — Я знаю, ты просто беспокоишься за меня. Но обещаю, всё будет в порядке. Как там моя принцесса?
— Почему ты так уверен, что это девочка? — спрашиваю у него скептически.
Оба УЗИ нам ничего пока не показали. Малыш прячется, и мы не знаем пол ребёнка, но Даня упрямо говорит, что у нас будет дочь.
— Потому что я хочу твою маленькую копию, — он прижимается губами к животу. — А от мальчиков одни проблемы, это ещё Ретт Батлер в «Унесённых ветром» говорил.
— Господи, ты что, читал? — качаю головой. — Ты просто уникум какой-то…
— Кстати, Алан звонил вчера, просил тебе сказать, что их эксперимент перешёл в новую фазу! И всё благодаря твоим наработкам!
Да, мы всё-таки доказали, что права на исследование принадлежат полностью мне. Моему бывшему свёкру присудили огромный штраф, а Игорю дали срок, вполне соответствующий тому, что он сделал.
Андрей бился за нас в суде, как тигр, и отстоял всё, что только мог.
— Так что кто тут из нас ещё уникум, — муж поднимается и нежно меня целует. — Харрис предлагает, как родишь, приехать к ним всей семьёй на пару месяцев. Даже готов под это дело грант выбить.
— Сначала я рожу, а там посмотрим, — хмыкаю скептически.
Не уверена, что захочу ехать куда-то с грудным младенцем.
