— Нам обоим неплохо было бы отдохнуть. Обещаю, приставать не буду.
— Чего это? — отодвигаюсь от него, смотрю хитро.
Мне вот почему-то кажется, что сейчас я наоборот остро нуждаюсь в ласке.
— Ах, ты, лиса, — он улыбается. — Ладно, хорошо. Попристаю. Чуть-чуть.
— Может, лучше я к тебе попристаю? — закусываю губу.
— О, кстати! Ты на днях, когда засыпала, говорила что-то про какую-то свою фантазию, — Даня смотрит с интересом, а меня бросает в жар. — Та-ак, радость моя, я сейчас сдохну от любопытства! Что ты там такое навыдумывала, что так краснеешь?!
— Я… не готова сейчас говорить, — качаю головой.
— Потом как-нибудь. Пойдём, нам и правда нужно отдохнуть.
— Не бережёшь ты мои нервные клетки, — вздыхает хирург. — Ладно уж. Но не надейся, что я забуду.
Даня очень нежен со мной в этот вечер. Так, как никогда, по-моему, не был. Обычно нам крышу сносит обоим, а тут… всё так медленно и пронзительно, что дух захватывает.
Мне так с ним хорошо, что плакать хочется… что я и делаю, уже устроившись в его объятиях.
И, по-моему, слегка его перепугав своими неожиданными эмоциями.
— Хорошая моя, я же пообещал тебе, что всё будет хорошо! Ты мне не веришь? — выспрашивает меня хирург.
— Верю-ю, — всхлипываю ему в плечо. — Вот в этом-то и ужа-ас!
— Какой ещё ужас, почему ужас, ничего не понимаю, — мужчина растерянно смотрит на меня.
— Я на тебя вообще всё переложила! — выдаю наконец. — Ты и швец, и жнец, и на дуде игрец… и… и… Я же вообще-то всегда была самостоятельной! А с тобой рядом словно курица беспомощная!
— Так, радость моя, во-первых, ты не курица, а ягнёночек, то есть овца, — фыркает Даня, кажется, успокоившись.
— Ой!
Это я слегка дёргаю его за непослушную прядь, упавшую на лоб.
— Ладно, ладно, не овца, — смеётся он уже в голос. — А во-вторых… Любимая, дело не в том, что тебе нужна моя помощь. Ты и сама бы справилась, и очень даже неплохо. Но ведь быть «за мужем» — это как раз и означает, что тебя всегда прикроют и возьмут на себя твои проблемы. А как бы ты ни упиралась, замужем за мной ты всё равно будешь! Так что считай, я тебе авансом свои обязанности исполняю.
— Уф-ф, какой ты… — откидываюсь назад. — Даже спорить с тобой невозможно.
— Не надо со мной спорить, — кивает Даня. — Меня надо любить и соглашаться выйти за меня замуж.
Закатываю глаза и снова подползаю к нему ближе."
"— Спи, ягнёночек, — слышу на ухо. — Никуда ты от меня не денешься.
Вздыхаю довольно. Не денусь.
Следующие трое суток пролетают в работе, со сном в перерывах.
