От напоминания, что мы родственники, к горлу подступила желчь.
Глаза Андреаса закрылись.
– У матери был роман с Эрхоллом. Мой отец – настоящий отец, хоть и не биологический – не знал, пока она не рассказала ему перед смертью. Шесть лет назад, рак. Думаю, она хотела уйти с чистой совестью. Отец не рассказывал мне до своей смерти три года назад. – Он коротко рассмеялся. – По крайней мере, моя семья умеет хранить секреты до гробовой доски. Буквально.
– Эрхолл знает?
– Нет, – сказал Андреас чуть резковато.
– И не узнает. Меня вырастил отец, а не Эрхолл. Мой отец… – на его лице промелькнула тень, – был хорошим человеком и любил меня достаточно, чтобы относиться как к родному сыну, даже когда узнал правду. Эрхолл же – мерзкий хорек.
Я фыркнул. Хоть в чем-то мы согласны.
Ухмылка Андреаса вернулась, он сделал еще один глоток чая.
– Открою секрет. Я не хочу на трон. Никогда не хотел. Конечно, я бы занял его, если бы пришлось, но предпочел бы предоставить эту роль кому-то другому, если кандидатура будет подходящей.
Трон – самая могущественная должность, но это и самая тесная клетка во дворце.
– Бред, – прорычал я. – Ты ясно заявлял о намерениях. Встречи с королем и спикером, «полезный» визит ко мне вечером перед свадьбой Николая. Помнишь?
– Бриджит нужно было подтолкнуть, – холодно ответил он. – Я хотел посмотреть, станет ли она бороться за корону. Но еще я вернулся, потому что… – Он на секунду замялся. – Я хотел дать Эрхоллу шанс. Посмотреть, сможем ли мы наладить какую-то связь.
Поэтому я попросил позволения присутствовать с ним на встречах. А насчет визита – я пытался помочь тебе. Я не идиот, мистер Ларсен. Или называть тебя Рис, раз мы оба знаем, что братья?
Я мрачно посмотрел на него, и он хихикнул.
– Ладно, пусть будет «мистер Ларсен», – согласился он. – Я знал о происходящем между тобой и Бриджит задолго до появления новостей. У меня не было доказательств, но я видел, как вы друг на друга смотрите.
Любовь или страна – сложный выбор. Николай его сделал. Бриджит, думаю, тоже. Но прежде, чем она согласилась выйти замуж за Стефана, – кислота в венах загустела и собралась в желудке, – у вас был шанс. Я решил немного подтолкнуть тебя. Ты мой брат, а она двоюродная сестра. Двое из немногих родственников, что у меня остались. Надо делать добрые дела хотя бы раз в год.
– Как милосердно, – сказал я с очевидным сарказмом. – Ты, должно быть, святой.
