– Еще раз? – выдохнула она, когда я скользнул членом по ее влажным складкам.
– Милая, я не выполню свою работу, если сегодня ты не кончишь на моем члене минимум трижды.
Когда я в нее вошел, разразилась буря, и по нам хлестал косой дождь, пока я трахал ее у деревянной балки. Молния пронзила небо, осветив бледное плечо Бриджит, которая изо всех сил цеплялась за перила. Она повернула голову, прижавшись щекой к дереву, и я видел ее приоткрытый рот, когда она пыталась отдышаться между толчками.
Я намотал ее волосы на кулак и использовал как рычаг, заставляя принимать меня глубже.
– Это за все разы, когда ты не слушалась. – Я сжал ее задницу, а потом резко шлепнул, заставив ее вскрикнуть. – Это за «Борджиа». – Шлепок. – А это за оранжерею. – Шлепок.
Мое сдерживаемое годами раздражение расцвело на ее коже розовым цветом, и у меня вырвался глухой смешок – с каждым шлепком Бриджит отталкивалась все сильнее.
– Тебе нравится? – Я потянул ее за волосы, и она посмотрела на меня полными слез глазами.
– Нравится получать шлепки по заднице, пока мой твердый член долбит тугую королевскую киску?
– Да. – Слово превратилось в стон, и ее колени подогнулись.
Я выдохнул. Боже, она чертовски идеальна. Во всем."
"Я обхватил ее за талию, приподнял и наклонился, прижимаясь грудью к ее спине. Я закрыл большую часть ее тела своим, защищая от брызг дождя, и погрузился так глубоко, что мне показалось, я никогда не выберусь наружу.
Я и не хотел. Я хотел лишь одного.
Бриджит. Только Бриджит.
– О боже, Рис!
Звук моего имени на ее губах, когда она снова рассыпалась вокруг меня на осколки, стал последней каплей.
Я кончил сразу после нее с громким стоном – оргазм пронзил меня с силой урагана. Готов поклясться, я на секунду оглох, но, когда пришел в себя, все ощущения словно усилились. Запахи дождя и земли, секса и пота, звук воды, барабанящей по дереву, прохладные капли на разгоряченной коже.
Бриджит дрожала, я поднял ее и отошел поглубже в беседку, подальше от дождя.
– Ты в порядке, принцесса?
Мое дыхание наконец более-менее выровнялось.
Я натянул ей на плечи бретельки платья, убрал с ее лица волосы и мягко поцеловал.
Я никогда не был милым и ласковым парнем, но, возможно, я обошелся с ней слишком грубо. Я предпочел бы сделать это в нормальной комнате с нормальной кроватью, но стены в гостинице были тонкими, как бумага.
Бриджит кивнула, по-прежнему немного дрожа:
– Ух ты.
Я усмехнулся:
– Приму как комплимент.
Я ее обнял.
