– Начинаем короткую пресс-конференцию с борта лучшего в мире дальнего исследовательского судна. С борта крейсера «Безупречный». Босс, извините, обратная картинка очень мелкая, вижу много людей на мониторе. Вы на линии?
– Да, Хеллард.
– Запись включена?
– Включена. Ты в порядке? Может, перейдем к делу, объяснишь, что происходит?
– Босс! Я, признаться, и сам не очень понимаю – здоров или нет. Все, что случилось, кажется таким страшным бредом, что я был бы рад проснуться. Или поправиться? Лишь бы только никогда этого не видеть.
Итак, начинаю!
Хеллард поднял бортовой журнал, открытый на нужной странице. Повернулся к камерам слежения и принялся громко, четко читать вслух.
17 февраля 2038 года.
Запись сделана командиром корабля Джеем Роником.
21 час 18 минут по среднеземному времени.
– Последняя запись, – уточнил Джон.
«Я все понял. Это не случайность. Никаких случайностей, парни. Это…»
Хеллард повернул журнал к объективу камеры, чтоб все посмотрели на кривой росчерк в конце фразы. Там, где перо скользнуло по странице, оставив прощальный след Джея Роника.
Потом – лишь кровавое пятно на полу.
– Хеллард, зачем ты нам это читаешь? – прервав тягостное молчание, резко спросил Хортон. – Сканы бортового журнала есть у всех членов совета директоров. У экспертов – тем более.
– Я знаю, босс, – горько ответил аналитик. – Знаю! Кто может сказать: что именно хотел написать Джей?
– Боюсь, у него поехала крыша, – осторожно произнес кто-то."
"Джон не смог узнать говорившего по голосу, а смотреть на монитор не стал.
Он пытался не упускать из вида мелькавшие на панелях огоньки. И еще – последний штрих – кривой росчерк сорвавшейся со страниц бортового журнала ручки. Предавшей человека в тот миг, когда невыносимое ускорение бросило тело на металлическую палубу.
– Он сошел с ума, мистер Хеллард. Запись в журнале была сделана Джеем Роником всего лишь через несколько минут после того, как он упаковал в «морозильник» Лео Шмейхера и Игоря Полякова.
– Нееет, – медленно, упрямо протянул Джон.
– Он не сошел с ума. Он все понял, Джей Роник. Командир ошибся только в одном: сначала надо было применить резак! Лишь потом делать запись в журнале. Дэн! Дэн, смотри! Видишь, у меня за поясом пистолет? Ты ведь был здесь, в рубке, одним из первых, так?
– Да, Джон, – пробился из глубины недоуменного перешептывания голос Викорски. – Но, признаться, что-то не пойму, куда ты клонишь.
– Роник принес с собой оружие. Я подобрал пистолет, он лежал у самой переборки.
