И, видя, что человек «тормозит», не понимает: необходимо выполнять команды быстро и точно, шагнул вперед, ударил прикладом под ребра. Дэйв не сумел правильно рассчитать силу удара – эксперт согнулся пополам, рухнул на пол, корчась от жуткой боли.
DB-1 вышел в коридор, подтянул Тропеску чуть ближе, чтобы Хеллард оставался в поле зрения. Наклонился к капралу. Металлические пальцы скользнули по еще теплому телу. Робот снял с пояса спецназовца электрошокер, потом вытащил из подмышечной кобуры пистолет.
– Что… – хрипло спросил Хеллард, пытаясь встать хотя бы на четвереньки.
– Что ты собираешься делать?
DB-1 не ответил. Быстро вошел в комнату, приставил разрядник к спине врага, нажал на кнопку. Джон дернулся и повалился на пол. Лишь тогда Дэйв на пару минут оставил Хелларда без внимания. Вернулся к спецназовцам, лежавшим неподвижно. Еще два выстрела прозвучали в доме на краю пустыни – Дэйв не стал рисковать, добил каждого солдата контрольным выстрелом в голову.
…Когда Хеллард очнулся, он сидел возле стола, свесив голову на грудь.
Перед лицом находились чистый лист бумаги и ручка. Эксперт попробовал пошевелиться и понял: тело, обе ноги и левая рука плотно примотаны к спинке и ножкам стула. Более-менее свободно двигалась лишь правая кисть.
– Готовим предсмертное послание, – увидев, что пленник очнулся, потребовал робот.
Несмотря на тяжесть собственного положения, Хеллард сумел удивиться, как сильно изменился голос DB-1. Раньше казалось: Дэйв – жалкое, забитое существо, которое в присутствии Джона способно лишь сгибаться пополам и тихо бормотать глупости.
Теперь голос стал другим – уверенным, резким, энергичным.
– С ума сошел? – криво усмехнулся человек. – Что ты о себе возомнил? Идиот! На тебе – четыре трупа! Неужели думаешь, это сойдет с рук?! По тебе свалка металлолома плачет! Кретин железный!
– На тебе четыре трупа! – спокойно объявил Дэйв, никак не реагируя на оскорбления пленника. – Хеллард убил всех. Сначала – из своего пистолета – Хортона и водителя джипа.
Потом – ножкой стула – капрала Тропеску. Затем безжалостно расстрелял второго охранника, из автомата Тропеску. Но ты – человек: существо, склонное к рефлексиям и сомнениям, к переосмыслению пройденного.
Ты – человек, который испытывал ужас от собственных преступлений. Конечно, есть смягчающие обстоятельства: ты сделал все это, находясь в состоянии аффекта, после сильнейшего отравления газом. В конце концов, чуть придя в себя, ужаснулся и пустил в висок пулю.
