Ему хотелось обсудить с девушкой кое-какие вопросы, но та по-прежнему сидела за столом, подперев голову руками.
После второго или третьего просмотра этой картины Джон не выдержал. Сходил в комнату Мэнигем, отыскал банное полотенце и пушистый белый халат, затолкнул девчонку в душ. Для начала – хотя бы отмыться от грязи, а уж если получится – и от неприятных воспоминаний.
Робот пиликал на скрипке – вытягивал такие ноты, что вместе с ними вытянул у Хелларда все нервы. Эксперт обругал Дэйва, и тот, мгновенно отложив в сторону музыкальный инструмент, безропотно направился к мольберту – рисовать.
Есть не стали, у Мэнигем и Хелларда пища не лезла в глотку. Выбравшись из душа, отмытая Карина вновь обосновалась в гостиной, за столом. Джон не мог понять: то ли она все еще переживает полет на джипе, с кульбитом через голову; то ли ищет причины, по которым капитан Форкс вдруг утратил способность управлять машиной.
Разговаривать с Хеллардом девушка не стала. Помаявшись со спичками еще немного, эксперт-аналитик решил применить золотое правило: «Утро вечера мудренее».
Он вытащил Мэнигем из гостиной, довел ее до комнаты и уложил в постель. Карина пыталась сопротивляться, когда Хеллард стаскивал с нее халат, но он лишь накрыл Карину одеялом и тихонько поцеловал в лоб. Свет не погасил – оставил ночник, решив, что так будет лучше.
Сам Джон еще долго сидел за столом, выкладывая из спичек замысловатые узоры. Потом началась гроза, и Хеллард выключил свет. Распахнул окно, облокотился на подоконник, наблюдая за белыми стрелами молний, которые впивались в притихшую землю.
Эксперт стоял долго, потягивая виски, и в какой-то момент Хелларду показалось, что в призрачном свете электроразрядов он заметил небольшую движущуюся фигурку. Та находилась на значительном расстоянии от дома, удалялась прочь.
Хеллард насторожился, отставил бутылку в сторону. Стал еще пристальнее вглядываться в заинтересовавший его участок местности, но при следующих вспышках не заметил ничего странного или подозрительного.
– Показалось или нет? – спросил себя Джон.
Он стоял у окна долго, вглядываясь в темноту, прислушиваясь. Свет не включал. Гроза ушла, но, кроме шелеста дождя, человеческие уши не смогли зафиксировать ни одного звука.
Более всего Дэйв опасался удара молнии. Дождь, влага кругом, металлическое тело – что еще нужно, чтобы умереть от электрического разряда? Но, кто не рискует – тот не побеждает, так считали люди. И модифицированный DB-1, поколебавшись, решил сыграть, а не говорить «пас».
