А то, понимаешь, не люблю, когда стоят за спиной и шумно дышат в ухо.
– Ты! – человек кипел от негодования. – Ты вообще способен вести себя нормально?!
– А что мне делать, Джонни? – робот вдруг погрустнел, его голос приобрел другие интонации. Диби тяжело вздохнул. – Вот поставь себя на мое место. Какая у меня жизнь, а? Денег на жратву не надо, налоги не плачу, собственность ни к чему. Вроде все есть, а с другой стороны – ничего нет. Даже Карину пощупать не могу. Обидно ведь… Потому и развлекаюсь, как умею.
Робот поднял металлические пальцы, пошевелил ими в воздухе. Вытянул средний вверх.
– Тьфу! – со злостью выдохнул эксперт.
Диби захохотал, увидев гримасу на лице Джона. Хеллард, ожидавший, что робот скажет что-то серьезное, подхватил сумку. Отправился разбирать вещи, изощренно матеря шутников, занимавшихся «воспитанием» этого железного болвана.
В длинной магистральной трубе оказалось тихо и безлюдно. Нетрудно было представить, что идешь по широкому коридору научного института, где все сотрудники – на рабочих местах, за дверями лабораторий.
Лишь в одном сегменте Даниэль Викорски встретил двоих мужчин. Они поздоровались с экспертом, будто со старым знакомым. Гость с Земли ответил на приветствие, но, пройдя несколько шагов, удивленно обернулся вслед сотрудникам станции. Он видел их первый раз в жизни.
Немного поразмыслив, Даниэль догадался, в чем тут дело. Конечно же, в проекте «Зеркало» занято не очень много людей, все знают друг друга в лицо.
Потому для «аборигенов» любой новичок сразу заметен – как гвоздь посреди ровного деревянного стола. Это для Викорски или Хелларда каждый сотрудник базы – незнакомец. А для них, местных старожилов – все по-другому. Вот поэтому и здороваются.
Дэн покрутил головой, помассировал шею. Теперь он чувствовал себя гораздо лучше, нежели во время маневров «Лютика». Уровень гравитации был здесь не таким значительным, как на Земле.
Это благотворно сказалось на позвоночнике – все килограммы Даниэля не так страшно давили на измученную годами спину. Возможно, кровоток улучшился из-за комфортного тяготения. Не исключено, помогли и препараты.
Даниэль остановился возле иллюминатора, выглянул наружу. И слева, и справа было одно и то же – движущиеся звезды. Немного другая картина наблюдалась над головой: там располагался центр огромного кольца – серебристый шар, ядро станции.
