И что мне тогда делать?
– А ты не провоцируй. Не факт, что дед еще на что-либо способен.
– Неохота мне проверять.
– Не беги впереди паровоза, Маруся! Само устаканится.
Георгий Константинович водил ее в театры и на выставки, создавая иллюзию некой общности, которая впоследствии могла их сблизить.
Однажды, отвезя Марусю домой после очередной премьеры, адвокат пылко схватил ее руку и начал сбивчиво бормотать что-то, брызгая слюной.
– Ты нежная, страстная, я знаю, я чувствую… – хлюпал кавалер, пытаясь привлечь ее к себе коротенькой толстой лапкой.
Его лысина покрылась бисеринками пота, поблескивавшими в свете ночных фонарей. Маруся тоже взмокла. Затравленно стреляя глазами по сторонам, она соображала, как выйти из создавшегося положения с наименьшими потерями.
– Один поцелуй, только один… – Георгий Константинович вытянул губы трубочкой и начал перемещаться к пассажирскому сиденью.
– Только один, – криво улыбнулась Маруся трясущимися губами и, чмокнув сладко зажмурившегося адвоката в лоб, вылетела из машины, сильно стукнувшись головой.
Почувствовав свободу, она с облегчением вздохнула и, чтобы сгладить напряженность ситуации, игриво помахала удивленному кавалеру ручкой. Посчитав процедуру прощания завершенной, Маруся развернулась и двинулась к подъезду, кокетливо повиливая задом. Адвокат от избытка чувств сполз по креслу, а вывалившийся из подъезда алкаш Семеныч восхищенно поцокал языком и выдал:
– Классная ты баба, Маринка! Дай десятку до получки!
Вскоре от болтливого молоденького дизайнера Мишани Маруся узнала, что весь центр хихикает над очередным приобретением адвоката.
Похоже, дед готовился к атаке, поскольку очередной курьер доставил ему «Виагру». Маруся сбежала с работы якобы на деловую встречу и приехала к Дине.
– Марина, ты не можешь прятаться вечно! Это глупо, ты не девочка.
– Но и не бабушка! – запальчиво возразила Маруся.
– Не делай скоропалительных выводов.
– Да какие же они скоропалительные? Зачем он «Виагру» купил? Даже при полном отсутствии логики легко догадаться.
– Можно и ошибиться.
– Да, саперы тоже иногда ошибаются. Единоразово!
– Ну ты, мать, загнула!
На следующее утро, воровато оглядываясь, Маруся вышла из машины и побежала к входу, озираясь, как партизан перед диверсией.
