Вместе с этим запахом, вместе с теплом объятий пришло чувство умиротворения. Странное, но невероятно мощное. А где-то на задворках сознания вспыхнула мысль: всё будет хорошо.
Как и когда боевик ушёл — не знаю, спала. Зато его возвращение, как ни странно, почувствовала. Отложила прошлогодний журнал мод, которым облагодетельствовала помощница господина Жарка, встала с постели, накинула казённый халат — столь же невыразительный, как и сорочка. Спешно поправила волосы.
Впрочем, последнее было лишним: как ни прихорашивайся, всё равно на бледную поганку похожа.
Раздался тихий стук в дверь, а после моего «войдите» в палату вплыл огромный букет белых роз. Мир наполнился удивительным ароматом, даже голова закружилась.
Где-то там, за цветами, маячил Кир. Боевик был свеж, рубашка застёгнута на все пуговицы, камзол с иголочки, сапоги начищены. В общем… от вчерашней небрежности и следа не осталось. И лишь синева под глазами напоминала о бессонных ночах и попорченных нервах.
— Привет, — сказал он. Улыбнулся.
Несколько шагов, и я узнала — букет не только прекрасен, но и невероятно тяжёл. Правда, боевика мои трудности не смущали. Он обнял, прямо так, вместе с цветами, не без труда отыскал губы.
Я ответила на поцелуй, потому что… ну, видимо, по привычке. И коленки, по привычке, ослабли. А сердце забилось стократ чаще.
— Как ты? — прижимаясь лбом к моему лбу, вопросил брюнет.
Я судорожно вздохнула, но сказать не успела. От двери послышалось напряжённое:
— Молодые люди…
Кирстен картинно поморщился, не менее картинно обернулся.
— Господин Жарк? Здравствуйте. Очень рад вас видеть.
— Я тоже рад, — сообщил целитель сухо. И… и всё, тишина.
Лица Кира уже не видела, на целителя вообще не смотрела. Но точно знала — это война взглядов! Один отстаивает позицию: «Это лазарет, а не мужское общежитие!», а второй… второй борется за нашу легенду, верно?
— Я хотел напомнить, что время посещений ограничено, — пробормотал старик.
— Господин Жарк… — протянул Кир. В его интонациях смешалось всё — нетерпение, осуждение, гнев, мольба и толика угрозы.
Не думала, что престарелый блюститель нравственности услышит, но он всё-таки сдался.
— Скажу, чтобы вам принесли вазу, — сообщил Жарк и стукнул дверью.
А через пять минут мы уже чинно сидели друг напротив друга. Кир в кресле, я на краешке кровати. Тяжеленный букет стоял на тумбочке — в вазу не поместился, пришлось приспособить ведро. Аромат роз вытеснил запах пилюль и дезинфицирующего средства.
