Сколько раз она прокричала о своей любви к нему? Почему она раньше думала, что так не бывает: полет в небеса, полная гармония с партнером, абсолютная эйфория на пике любви? Кажется, раньше было не так… А было ли оно — это раньше? Нет, не вспомнит даже под гипнозом… Да и к чему вспоминать то, что не стоит воспоминаний?
Дракон сжалился над ней на рассвете и позволил расслабленно прикорнуть у него под боком, правда, почти тут же затормошил, взволнованно спрашивая о чем-то. Лера заставила себя сосредоточиться.
— Ты меня еще любиш-ш-ш-шь? — услышала она сквозь дрему. — Теперь, когда ночь прошла и ты очнулась от моего ментального воздействия, — любиш-ш-шь?
— Очень, — честно призналась Лера и пробормотала, засыпая: — Но это страшно непрофессионально!
В ответ раздался тихий смех Гленвиара:
— Ничего, твой вопиющий непрофессионализм мы переживем. Отдыхай, сокровище мое, я позабочусь о твоей безопасности.
«О чем это он? Ах да, у нас гостят враждебные драконы!»
Но мысль о гостях не показалась настолько важной, чтобы вскочить и начать собираться.
Она лучше поспит рядом с любимым.
Когда Лера проснулась, сладко потягиваясь, вторая половина постели пустовала, а холодная подушка свидетельствовала о том, что Гленвиар покинул ее давно. Стоило Лере приподняться и сесть, как к ней на колени слетел магический листок и развернулся, явив надпись, сделанную знакомым четким размашистым почерком:
«Никуда не выходи из моих комнат! Это приказ! Твоя охрана стоит за дверьми и предупреждена».
Лера солнечно улыбнулась, ласково проводя пальчиком по искрящим магией строчкам.
— Ни тебе «Я люблю тебя!», ни тебе «С добрым утром, дорогая!», — фыркнула она. — Дракон — он всегда дракон, а сейчас у него явно защитный инстинкт зашкаливает: сам же объяснял, что мне везде во дворце безопасно, а теперь ограничивает только своими покоями. Я, вообще-то, у сына посидеть собиралась."
"Встав и раздвинув гардины на окнах, Лера увидела сместившееся в сторону заката солнце — время давно перевалило за полдень, то есть праздничный обед должен был подходить к концу или уже подошел, и начался бал.
Впрочем, про Леру тоже не забыли: в гостиной она обнаружила горячий обед, подогреваемый зачарованными на постоянную температуру тарелками. Гленвиар хорошо позаботился об узнице своих покоев: количеством съестного можно было накормить несколько человек.
