Социализм удалось навязать Польше и Восточной Германии, Чехословакии и Венгрии, Румынии и Болгарии. Однако братские народы этих стран стремились вырваться из дружеских объятий при первой возможности.
Возможность эта была близкой и реальной. 21 декабря 1949 года все прогрессивное человечество торжественно отметило 70-летие товарища Сталина, великого гения всех времен и народов. В сердцах многих теплилась надежда: товарищ Сталин не вечен, ну еще три года протянет, ну пять… Должен же он когда-нибудь завершить свое служение человечеству.
3И вот однажды Сталина не стало. Те, кто плел заговор против Сталина, не были ни друзьями, ни единомышленниками. Они были смертельными врагами друг другу. Основными заговорщиками против Сталина были Берия, Маленков, Булганин, Хрущёв, но еще при живом Сталине внутри этой группы возник еще один заговор: Хрущёв и Булганин против Берии.
Нам говорят, что Берия тоже готовился власть захватить. Исключать такую возможность, конечно, нельзя, но доказательств тому пока никто не представил.
Ясно одно: расталкивая и устраняя вчерашних союзников, каждый кремлевский вождь попутно крепил свои кадровые позиции. Больше всех преуспел в этом деле товарищ Хрущёв.
В тот день, когда было объявлено о смерти Сталина, Хрущёв поставил на пост первого заместителя министра обороны Маршала Советского Союза Жукова, вернув его из уральской ссылки. Сам Хрущёв правил Коммунистической партией, а два его старых приятеля еще с довоенных времен, Жуков и Серов, занимали должности первых заместителей — первый в Министерстве обороны, второй — в Министерстве внутренних дел.
Теперь задачей Хрущёва было поднять обоих на ступеньку выше. И надо было спешить. Смерть Сталина воскресила в народе надежды на лучшую жизнь. По северным, сибирским, уральским и дальневосточным лагерям покатилась волна жутких восстаний. Кумов и вертухаев ловили и варили в железных бочках. Да, именно так: наливали воду, разжигали большой огонь и варили, словно уху из осетрины. Возникла угроза того, что несколько восстаний сольются в одно большое движение сопротивления, которое не удастся подавить, и тогда сотни тысяч, а то и миллионы зэков вырвутся на просторы Советского Союза.
Перед вождями в Кремле стоял вопрос: что делать?
Кстати, в последние годы появились сообщения о том, что численность населения ГУЛАГа на момент смерти товарища Сталина составляла жалких полтора миллиона заключенных. И публикуются подтверждающие документы.
С документами спорить не будем.
