От неловкости девушка закрывает глаза и считает про себя до трёх.
Кажется, его тоже не особо радует перспектива обедать в компании Даниэлы. Это же так очевидно. Для неё.
Но не для мамы. Гордеев слишком хорош в актёрской игре. Ему бы в театральное...
— Ах, да, — женщина вскидывает руками и отворачивается. Направляется в столовую, оставляя их наедине, — ключи! День сегодня сумасшедший! У Дани ведь выпускной через пару часов!
Как только новость доносится до Гордеева, его лицо вытягивается. Уголки губ опускаются вниз, а тёмные брови, наоборот, ползут на лоб.
Она сразу замечает это: снисходительность и высокомерие.
— Серьёзно? Уже такая большая? — он говорит это не ей. Почти выкрикивает вопрос, адресуя его Марине Арсеньевне, но продолжает сверлить Даниэлу этим испытующим взглядом.
Даня застыла, обхватывая плечи руками и чувствуя, как по телу проходится поток колючих мурашек. Чего он добивается? Смеётся над ней?
— Сама не верю! Тебя уже догоняет! Вот! — Марина выдёргивает дочь из размышлений, передавая той ключи, — простите, ребята, у меня коржи! Я забыла!
Женщина исчезает из прихожей, скрываясь на кухне, а Даниэла продолжает стоять на месте, стискивая в кулаке ключи от гаража.
Хотелось бы кинуть их на пол. Пусть поднимает. Или швырнуть в лицо. За всё, что ей пришлось терпеть, пока они вместе учились в школе.
— Что это? — тихо произносит парень, слегка клоня голову. Ну и великан. Он что, вырос ещё больше? Она же ему в грудь дышит!
— Что? — растерялась, отступая ещё на полшага.
— Это лифчик? — прыскает и неожиданно быстро протягивает руку, пальцами задевая ворот халата. Успевает потянуть, обнажая девичью грудь, — у тебя что, сиськи выросли, муха?
— Ссс! — Дани шипит и бьёт его по руке. Запахивает воротник до предела, скрывая под ним даже шею, — совсем очумел?!
Она осекается, испугавшись, что их могла услышать мама, но та уже с кем-то щебетала по телефону.
— Ты же всегда плоская была, — добивает её снисходительным тоном, — я уж было думал, может ты пацан?
— Серьёзно? — она сжимает ключи так сильно, что металл врезается в кожу, — а ты всегда был тупой! Только знаешь в чём разница? — смело делает шаг вперёд, задирая голову выше, — мои сиськи выросли.
А твой мозг так и не начал развиваться!
Задело? Нет? Тогда почему он молчит?
Она слышала его дыхание. Тяжёлое. Но не спешное. Размеренное и чересчур спокойное."
"— На! — выдавила из себя, и ударила его в грудь его же ключами. Не стала дожидаться, когда он их перехватит.
