И этого было достаточно для того, чтобы покорить миллионы сердец и поразить столько же умов.
А пока Джек купался в лучах заслуженной славы, Кэрол и Мэтт наслаждались тишиной и спокойствием в небольшой уютной квартирке, лежа на помятых простынях в объятьях друг друга.
Когда они переступили порог квартиры, в Кэрол внезапно ожили все ее страхи перед мужчинами. Она задрожала, испугавшись, что он наброситься на нее как голодный зверь, причинит боль, унизит.
Но Мэтт скромно попросил кофе, с улыбкой заметив, что мечтал о хорошем кофе все восемь лет.
Они расположились на кухне за столом, попивая горячий ароматный кофе. Кэрол украдкой наблюдала за Мэттом. Он как-то виновато прятал от нее глаза, был весь напряжен. Она даже заметила, что у него дрожат пальцы. Он старался не смотреть на нее. Протянув руку, Кэрол коснулась его кисти. Он вдруг вздрогнул и выронил чашку. Резко подскочил, чтобы разлитый кофе не сбежал по столу на брюки, и смущенно бормоча извинения.
— Ничего, я уберу, — улыбнулась ему Кэрол и, взяв хлопчатобумажную салфетку, стала вытирать стол.
— Можно… мне в ванную? — он пулей вылетел с кухни и спрятался в ванной. Кэрол изумленно присела на стул.
Потом нерешительно подошла к ванной комнате и прислушалась.
— Мэтт, с тобой все в порядке?
Дверь медленно приоткрылась, и Кэрол отступила, позволяя ему выйти.
— Все в порядке… просто я обжегся.
— Да? — с сомнением девушка попыталась заглянуть ему в глаза. — Покажи.
— Не стоит — ерунда. Ну, может, уже пойдем?
Кэрол ожидала чего угодно, только не этого.
Он украдкой бросил на нее взгляд, но она его поймала, и он обжег ее, заставив затрепетать. А еще в его глазах отразилась мука.
— Пойдем, — девушка лукаво улыбнулась и, взяв за руку, повела за собой. В спальню.
Он остановился.
— Но я имел в виду… — он не договорил, встретившись с ее глазами… и сломался. Притянув ее к себе, он со стоном прижался к ее губам.
«Что же я делаю? Что делаю?! Так нельзя, это неправильно… она же совсем молоденькая…».
Эти мысли молнией пронеслись в его голове, но не остановили. Руки его дрожали и не слушались, когда он снимал с нее одежду, увлекая в спальню. Кэрол не отставала, успев избавить его от пиджака и рубашки, прежде чем он опустил ее на постель.
Она забыла о своем страхе перед мужчинами, потому что сейчас все было иначе. Не было силы, принуждения. Была любовь, нежность, страсть.
Как он ее целовал, как ласкал, с таким обожанием, даже с преклонением.
