Пройдя за ним в гостиную, девушка нерешительно застыла на месте, словно оказалась здесь впервые.
Джек снял пиджак и галстук, и, расстегнув верхние пуговицы рубашки, обернулся и, наконец-то, заметил, что его гостья робеет.
— Проходи, — улыбнулся он и, захватив свои вещи, вышел из комнаты.
Кэрол присела на край кушетки, чувствуя себя почему-то весьма скованно.
— Джек, а можно мне в ванную? Хочу умыться, — крикнула она ему.
— Будь, как дома, — отозвался он.
— Спасибо, — тихо проговорила Кэрол и направилась в ванную, захватив сумочку.
Она долго умывалась холодной водой, и почувствовала себя бодрее.
Потом слегка припудрилась и нанесла немного румян, чтобы не казаться такой бледной. Причесавшись, она тщательно изучила себя в зеркале.
Что ж, так гораздо лучше. Посвежевшее, приведенное в порядок лицо сразу приподняло ей настроение, и ощущение дискомфорта исчезло. Оставшись довольна своим отражением, она улыбнулась ему, и покинула ванную.
Джека она нашла на кухне.
— Ужинать будешь? — спросил он, заглядывая в кастрюльки, в которых была еще теплая свежеприготовленная еда, оставленная заботливой домработницей Норой.
— М-м-м, как пахнет! Я голоден, как зверь!
— Нет, я ужинала.
— Напрасно отказываешься. Нора готовит — пальчики оближешь! Попробуй, не пожалеешь. К тому же и мне компанию составишь.
— Ну, ладно. Давай, помогу разогреть.
Они вместе накрыли на стол, весело разговаривая, шутя и даже смеясь. Настроение у Кэрол заметно улучшилось, глаза заблестели весельем, и она почти забыла о случившемся.
И она была рада тому, что согласилась приехать сюда. Джек мог быть веселым и мягким, когда хотел. Почему он не всегда такой? Зачем прячет это легкое очарование, почему, если умеет быть таким приятным человеком, отдает предпочтение отрицательным чертам своего характера, таким, как бесцеремонность, резкость, грубость, высокомерие?
После третьего бокала вина Кэрол осмелилась задать ему этот вопрос.
— Я человек настроения, — он пожал плечами.
— Ты хочешь сказать, что в основном, у тебя плохое настроение?
— Да, нет.
Просто я такой, какой есть. Если мне хочется ругаться, я ругаюсь, если мне человек неприятен, я не собираюсь изображать обратное. Характер у меня такой. Не очень, говорят. Ты тоже так считаешь?
— Нет, — не моргнув, солгала Кэрол.
Он засмеялся, и девушка покраснела, поняв, что ее обличили во лжи.
— Знала бы ты, сколько раз я замечал в твоих глазах желание убежать от меня подальше или, наоборот, отослать подальше меня.
