Впрочем, многие из мужчин вызывают в нем то же чувство. Он вообще презирает всех, за исключением тех, кто, по его мнению, достоин уважения. И здесь уже не имело значения, мужчина это или женщина.
Что ж, теперь нужно просто свыкнуться с тем, что этот вполне нормальный с виду мужчина немного «другой», как бы тяжело это не было. А представить его таким было очень тяжело, по крайней мере, Кэрол. Она была растерянна и изумлена, но ее отношение к нему почти не изменилось — ни уважение, ни симпатия даже не пошатнулись в ней, и она по-прежнему им восхищалась.
Ну и что, что гей? Прежде всего, он умный и сильный человек, а кого он предпочитает любить — его личное дело.
Так думала Кэрол обо всем этом. И она никому не сказала о своем открытии, даже Куртни. Если Джек не хотел, чтобы об этом кто-нибудь знал, пусть так и будет. По крайней мере, от нее никто ничего не узнает. Она не собиралась вмешиваться в его жизнь. А, поразмыслив, она даже нашла в этом положительные стороны — Джек может теперь стать ей настоящим другом.
И то, что он — мужчина, а она — женщина, теперь не помеха для этого. И Кэрол, поняв это и отойдя от потрясения, была даже рада тому, что все так обернулось. Возможность заполучить его в друзья значительно возросла в ее глазах, тем более, когда она не без удовольствия стала замечать, что чем-то все-таки заслужила его расположения и симпатии, которые Кармен, не разобравшись, приняла за влюбленность. Что ж, выходит, не зря она посмеялась тогда над словами Кармен.
Куртни подобрала для Кэрол квартиру по своему усмотрению, но, прежде чем купить, решила узнать мнение девушки.
Осмотрев свое будущее жилье, Кэрол пришла в восторг, а когда Куртни сказала, что она может обустраивать свою квартиру так, как пожелает, радости девушки не было границ. Было решено оформлять на квартиру все соответствующие документы.
Куртни заверила, что ко Дню рождения ключи будут у Кэрол.
Рэй по-прежнему ничего не знал об их планах.
Готовясь к сессии, Кэрол как-то раз засиделась в библиотеке, а, вернувшись домой, обнаружила, что Рэй закатил очередную вечеринку.
Куртни снова была в отъезде, поэтому Кэрол ничуть не удивилась.
Она очень устала и хотела есть. Приглашение Рэя разделить веселье с ним и его гостями категорично отвергла. От громкой музыки и пьяных криков сразу разболелась голова, и Кэрол, разогрев себе ужин, поспешила скрыться в своей комнате.
Включив телевизор, она расположилась на кровати и, поставив перед собой поднос, принялась за еду.
