– Ммм…
С первым касанием ее губ я прикрываю глаза и растворяюсь в охренительных ощущениях. Какие там мысли надо было принять? Я помню только одну.
Что безумно люблю жену.
Эпилог
Макс
– Папулечка…
В кабинет вихрем залетает Аленка и, несмотря на свои полные двадцать, без зазрения совести забирается ко мне на колени, заставляя отложить в сторону рабочий планшет.
– Папочка, а я тебя люблю, – хитро умащивает щечку у меня на плече.
– Ты что-то натворила? – благодушно интересуюсь у неё. – Я слышал, как ругалась мама.
– Не-а, – мотает головой, – это Саша с Машей разорвали пачку орешков и рассыпали их по кухне.
– Ты почему не помогаешь убирать? – хмурюсь я.
– Там бабушка с дедушкой приехали и дядя Андрей с Ваней.
– А тетя Даша? – удивляюсь я.
– А она в роддоме. Дядя Андрей на низком старте.
– Тогда пора спускаться к столу, – я ссаживаю дочь с колен и поднимаюсь на ноги. – Ну что ещё, говори уже? – смотрю на виноватое лицо старшей дочери.
– Дедушка подарил мне машину, – зажигается на ее лице шкодная улыбка.
– Мама с бабушкой на него ругаются.
– Правильно делают, – киваю я, собираясь серьезно поговорить с отцом, у которого с рождением внуков вся твердость из характера куда-то испарилась. А мелкие плетут из него верёвки.
– Пап… – продолжает Алена, закусив губку, – в общем, я бы хотела тебя сегодня кое с кем познакомить. И я допускаю, что тебе он не понравится…
– И кто он? – перебиваю, хмуро разглядывая порозовевшие щеки дочери. – Гонщик, модель, музыкант? Что там у нас ещё похуже?
– Пойдём… – тянет меня за руку.
Мы спускаемся на первый этаж и заходим в гостиную, где уже собралась большая и шумная семья. Ася ругается на детей, чтобы не смели таскать из кухни котят. Мама суетится возле стола, и требует у Аси салфетки. Отец о чем-то спорит с Андреем и Виктором. Я пытаюсь найти среди всех незнакомое лицо, но никого не нахожу. Ещё не пришёл этот «кое-кто»?
– И? – вопросительно смотрю на дочь.
Она пожимает плечами и убегает от меня, прижимаясь к спине Козловского.
– Вит…
Он собственническим мужским движением под общими недоуменными взглядами вжимает Аленку в себя и смотрит мне в глаза.
Я стараюсь дышать ровно и ничего сейчас не сотворить, о чем потом пожалею.
Повисает неловкая пауза.
– Пап, – начинает дочь, – мам… – переводит взгляд на Асю.
– Макс, – перебивает ее Виктор. – Я люблю твою дочь. Прости. Так вышло. Люблю очень сильно.
Я молчу, пытаясь справится с первым отцовским иррациональным порывом рявкнуть, что он ей не подходит.
