– Мне кажется, очень символичным, что мы встретились случайно в одном ресторане именно в день вашей свадьбы. Ведь если бы ты, папа, закончил институт, то мама успела б выйти за другого.
– Ой, – это правда, – она смущенно всплескивает руками. – Папа тогда мне нашёл какого-то майора. А мне все эти солдафоны, во где были, – проводит ребром руки возле горла.
– Это ты так плавно подводишь к тому, – напрягается отец Макса и кладёт руки, сжатые в кулаки на стол, – что не успела у тебя печать о разводе в паспорте просохнуть, как собираешься жениться второй раз?
– В подобной формулировке, – леденеет голос Макса, – это не твоё дело.
– О браке и свадьбе я буду говорить только с Настей, а вам сообщу в случае положительного решения.
– Действительно, дорогой, – мать Макса накрывает ладонью кулак отца. – Будто тебя волновало мнение моего папы. Своровал паспорт и расписал нас…
– Здорово, – не могу сдержать я улыбки.
– Так я и не против, – ухмыляется мужчина. – Вот только заставил он меня подписать такое брачное соглашение, после которого любой нормальный мужик бы взбесился.
О том, что в случае развода, Макс остаётся с тобой, – кивает в сторону жены, – и твоими родителями.
Я нервно пью сок из стакана, пока он не заканчивается.
Если Макс вдруг решил, что я сильная, он ошибся.
Нет, я могла бы простить его родителей за прошлое, и со временем вежливо общаться, но у меня никто не просил их простить. Более того, старший Царицын продолжает проецировать свои юношеские обиды на всех окружающих, не замечая, как сам сильно обижает близких.
Я не собираюсь становится в этой семье «девочкой для битья».
Мать Макса бледнеет и пытается разрядить повисшую за столом тяжесть, подзывая официанта с просьбой принести чай и десерты.
– Как видишь, – она гладит мужа. – Никуда я от тебя не делась. Будем вместе внуков воспитывать."
"Меня начинает мутить от всех разом обострившихся запахов, и боясь открыть своё положение, я подскакиваю со стула, извиняюсь и успокаивая себя подсчетом стуков каблучков по кафелю, дохожу до туалета.
Открываю воду и пью ее из-под крана. Нет, я – просто нервная слабачка. Идти против воли родителей – это очень тяжело. Это страшно, когда есть сила, способная за мгновение разрушить твой мир, за твоей спиной.
Через минуту в туалет врывается Макс и подлетает ко мне, обнимая за плечи.
– Родная, извини, – горячо говорит он мне в затылок. – Я вдруг подумал, что это правда судьба всем помириться. Но я ошибся. Если захочешь, мы можем даже поменять город или страну.
