Лицо же… Лицо было скрыто под уродливой маской-птицей с вытянутым носом. Гротеск. Сесилия едва сдержалась, чтобы не хмыкнуть истерически вслух. Еще бы… На что она надеялась? Что Двуликие предстанут перед ней в истинном облике?
Она шла, аккуратно ступая. Любое промедление задерживало ее в Темном мире, казалось, на целую вечность.
Ей бы исполнить танец и уйти. И навсегда забыть, что она здесь была и как-то причастна к Двуликим.
Она взошла на постамент и скинула плащ. Он упал к ее ногам. Никто не удосужился его взять ранее.
Пусть. Не помешает.
На ней были шаровары и лиф. Все расшито замысловатыми иероглифами из золотой нити и инкрустировано стеклярусом. Может, и не им… Сесилия не вдавалась в подробности и не желала знать лишнего.
Она просто танцует…
Музыка появилась также из ниоткуда. Из стен? Или где-то притаился невидимый музыкант, вытягивающий из незатейливого инструмента незатейливую мелодию?
Как только зазвучала музыка, которую ни один смертный не услышит за пределами Темного мира, Сесилия вскинула кверху руки, закрыла глаза и начала танцевать.
Двигаться, делая плавные движения. Она знала – они завораживающие. Они, спаси ее Праматерь, возбуждающие. Каждый ее поворот, каждое покачивание бедрами, прогиб спины направлены лишь на одно – вызвать желание у Двуликих.
Когда-то там наверху, где вечность назад обосновалась Праматерь, существовали и другие боги. С другими правилами. Более жестокими, циничными. Праматерь, создавая своих дочерей, вложила в них каплю себя, своей любви. Дала право выбора.
Другие боги распорядились своим даром иначе.
Общее было одно – место обитания. Земля.
Кто-то считал, что Двуликие – охранники Земли. Что они оберегают поверхность от всего лихого. Возможно. Иначе почему им такой почет? С чего бы… Они не поднимаются на поверхность, но их чтут. Не трогают. При желании их могли вы вычистить. Те же колдуны… Дай только отмашку, и они позарятся на богатство, что хранит Темный мир.
Но нет. Никто никогда не трогал Двуликих. Ни в одной летописи не содержалось информации, что на них случилось хотя бы одно покушение.
Тишина.
Вывод напрашивался сам…
Малика танцевала, не видя, как похоть загоралась в разрезах масок.
У богов свои планы. Всегда. Никому никогда они не дадут полный расклад того, что задумано.
Неинтересно будет наблюдать за своими творениями.
Музыка пленила, уносила куда-то вдаль. Сдвинулись рамки реальности, и в какой-то момент малика перестала понимать, где она и что делает. Только музыка. Только движения.
