"
"– Я сама решаю, где мне быть и с кем общаться! – продолжила она негодовать, даже не заметив, что Сесилия молча слушает ее, никак не комментируя. – И никакой Смотрящий мне не указ! Прошли те времена, когда они имели над маликами какую-то власть! Тьфу! Мерзость! И как только Прародительницы допускали такое? Я разозлилась. Да-да, во мне взыграло тщеславие! И я задалась целью покорить Бардока! Дура! И не смотри на меня так, Сесилия, это я сейчас понимаю, что сглупила, а два года назад мне эта идея казалась великолепной! К тому времени я уже обзавелась влиятельным покровителем, и у меня все было в шоколаде.
Но вот Бардок… – Тут Вивьен слишком резко поморщилась и негромко вскрикнула: – Зараза… Это я не про тебя и не про Бардока. В общем, не буду вдаваться в подробности, они тебе и не интересны будут, но когда я добилась своего, то реально поняла, что нельзя быть Смотрящим с маликами. Слишком опасно, что ли. Не знаю… Бардок меня перестал интересовать, хотя он мне и предлагал вполне роскошные условия нашего сотрудничества.
Ты не поверишь, я с ним даже ни разу не трахнулась… Прости, переспала. Ха. Держала его на коротком поводке. – Тут Вивьен, видимо, вспомнила что-то забавное, потому что ее глаза ярко заблестели. – Но потешалась я конкретно. Самое смешное было, что он ни разу не сделал попытки взять меня силой. Хотя ты его видела. Злой. Агрессивный. Большущий. Ему меня заломать на раз плюнуть. Но нет… Он терпел. И делал предложение одно заманчивее другого. И знаешь, я почти готова была согласиться.
– Голос Вивьен поутих так же внезапно, как и завелся. Девушка даже присела на кровать, поправила черно-красный пеньюар, что был накинут на покатые белоснежные плечи. – Но тут встретила Матиса. Дальше ты все знаешь.
Речь Вивьен не произвела на Сесилию должного впечатления, лишь изредка вызывала отторжение вульгарными словечками. Аналогичная история приходила девушке в голову, осталось лишь убедиться в правильности ее выводов.
Получается, Бардок – отвергнутый возлюбленный. Кто-кто, а он никак не ассоциировался с тем, кому можно отказать.
Скорее он выставляет томно вздыхающих по нему наивных влюбленных глупышек, привлеченных аурой таинственной мрачности, что витала над ним. А отказать такому…
Сесилия посмотрела на Вивьен.
Сестра могла.
И именно из упрямства. Из-за того, чтобы потешить ущемленное самолюбие.
Вивьен часто играла с огнем. Еще с раннего детства. Ей всегда было жизненно необходимо получить то, что нельзя.
– Да, дальше я твою историю знаю.
