После последних слов, после обжигающе-горького поцелуя снова возвращаться в реальность было невыносимо трудно.
Сесилия хотела сделать шаг назад, отойти, но ей никто не позволил.
– Меньше часа.
– Хорошо.
Темные глаза Алекса Бардока окончательно приобрели черный оттенок.
Глава 17
Сесилия пила чай. Конечно, с бергамотом. Напиток бодрил. То, что надо. От вина она отказалась.
Непонятно, как ее организм отреагирует. Лучше ограничиться чаем.
В доме стояла оглушительная тишина. Лишь часы в гостиной медленно отстукивали вечность.
За окном стояла безветренная ночь. Тихая.
Все же Сесилия не ошиблась с выбором района. Крамас никогда не спал. Рядом с ее домом лишь иногда прогуливались запоздалые весельчаки да хмельные нонны, что искали приключений и покровителя на ночь.
Сесилия сидела в гостиной в неглубоком кресле. Ноги укрыла тонким платком. Кресло стояло таким образом, что просматривалась входная дверь. Она увидит, кто войдет.
Сделав небольшой глоток, Сесилия поставила чашку на невысокий столик.
А вот и поздняя гостья.
Вивьен ответила сразу же, как только Сесилия сделала ей обратный вызов. Все такая же заплаканная, кузина выглядела очень несчастной. На ее щеке красовалась новое бардовое пятно.
– Приезжай ко мне. Хватит, Вивьен. Я все знаю, – сказала спокойно Сесилия.
– Знаешь? Все?
– Да.
– И что… ты знаешь?
– При встрече.
– Ты ничего не можешь знать! Ничего! – Злобная гримаса исказила и без того потрепанное лицо Вивьен, сделав ее разом старше лет на пятнадцать.
– Не кричи. Не стоит этого. Я сейчас отправляюсь в свой съемный дом. Адрес, думаю, ты знаешь. Пришло время поговорить.
Вивьен оскалилась.
– А Бардока тоже захватишь? Ты же теперь с ним, да?
– Бардок… Не знаю. Мы с ним поругались. Я сказала, что подозреваю твоего любовника в покушении на себя, он отреагировал довольно… неадекватно.
Вивьен замерла. Она сидела теперь на кровати.
– То есть… ты реально все знаешь?
– Приезжай. Я буду ждать. Лучше без Матиса. Я буду в своем доме с охранником, который не пустит в дверь ни одного мужчину.
Вивьен заправила волосы за ухо и медленно кивнула.
– Жди.
Сесилия и ждала. Добралась она до съемного дома быстро. С ней отправился тот самый шкафоподобный молчаливый охранник. Как выяснилось, его звали Уорк. И то его имя сообщила горничная, что в спешке провожала ее, сетуя, куда же молодая и неокрепшая лесса собралась на ночь глядя.
Все же правильно Сесилия сделала, что не вернула дом арендаторам.
