Извини за слабость, иногда случается даже у меня.
— Ага, я вижу, что нормально. Этот хрен, с которым я столкнулся в дверях, что ли болтает не по поводу?
— Я уже послала его, ага. Такой мудак, Егор, ты даже не представляешь себе. Жену на днях закопали, а ко мне яйца подкатывает. Поцеловал, — она трет губы. — Ублюдок. Пришлось пнуть его, он психанул. Боже, ужас какой. С кем мне приходится иногда работать.
— Он тебя поцеловал, а потом обозвал? Да ладно, — поднимаюсь и иду к выходу, она кидается за мной.
— Озерский, да брось, я правда постояла за себя. Забудь. Эй! Ты что делаешь?!
Но я уже в коридоре, захожу в зал, где люди плачут и прощаются, и быстро нахожу взглядом того, кто мне нужен. Он стоит у портрета молодой женщины, глаза закрыл, будто молится. 0*уеть.
Вероника появляется следом и шипит мне на ухо, чтобы успокоился. Не время и не место. Но я не человек-эмоция, склонность к необдуманным поступкам — один из немногих недостатков, которые ко мне не относятся. Все глупости я себе разрешаю сознательно, и последствия мне известны.
Вероника исчезает на пару минут, затем возвращается и накидывает мне на плечи пиджак с чужого плеча, застегивает пуговицы на груди.
— А вы с какой стороны? — подходит ко мне милая старушка.
— Он со стороны персонала, — вежливо отвечает Вероника.
— А, понятно. Жаль, я подумала, возможно… Лидин друг или… больше. Было бы подарком, — вздыхает она, поглядывая на этого ублюдка в нескольких метрах от нас.
— Мои соболезнования вашей утрате, — только и успеваю проговорить, она кивает, а потом крепко обнимает меня, вцепляется в плечи.
Ее искреннее горе раззадоривает еще сильнее. К моей соседке минуту назад приставал не кто иной, как муж усопшей. О Господи. Вероника пытается утащить меня обратно в кабинет, но ее вовремя отвлекает менеджер по какому-то важному вопросу, что окончательно развязывает мне руки. С самого утра меня бесит абсолютно все, я курил на балконе, смотрел на пустые окна напротив и думал о том, что, возможно, Веро — единственный человек, которого я бы хотел сейчас видеть.
Да, она бы меня не раздражала.
Она бы могла не выпендриваться полчаса по телефону, а позвонить первой и поделиться, что ей угрожает опасность. Вообще-то, я к ней относился как к другу, делился важным, она могла бы сделать то же самое. Хм, может, и сделала бы, если бы я хоть раз о чем-то ее спросил.
Как только этот хрен выходит на улицу покурить, я догоняю его у машины.
