Его глаза бегают, он подбирает слова, волнуется. Я никогда не видела его таким раньше. Мне кажется, в вечер нашего знакомства он был меньше растерян.
— Прости, я не планировал сегодня. Увидел тебя, ты улыбнулась, и… меня понесло, — смиряется.
Он сжимает мои ладони, тянется и целует в лоб, но несмотря на выбранное место касания губ, целомудреннее не придумаешь, поцелуй выходит нежным и чувственным. Горячие губы, жар дыхания. Аромат его туалетной воды, на который моментально реагирует мое тело. Знакомый, родной, надежный.
Сердце сжимается.
Возьми и унеси меня отсюда домой.
Если ты это сделаешь, я буду кричать изо всех сил, звать на помощь и отбиваться так, будто дело жизни и смерти.
У меня волоски дыбом встают на затылке от этого поцелуя. Егор мне шепчет:
— Умираю без тебя, смотрю на твои окна и скучаю. Вернись, пожалуйста, я все сделаю. Все сделаю.
Он — писатель, красиво сочинять — его работа.
— Егор, если ты будешь меня преследовать, я перестану ходить на мероприятия, на которых ты можешь появиться.
— Но ты сделаешь уступку? Хотя бы разбань мой номер. Давай просто переписываться? Я приеду в понедельник к тебе на работу, привезу кофе и булочки, можно? Я совсем один среди проблем. Обещаю, не буду ими делиться, просто разговаривай со мной.
— У меня свидание, — говорю ему, закрыв глаза. Понимаю, что еще секунда — и я обниму его и буду шептать, что все образуется.
Он замирает. Кожей ощущаю перемену настроения, оттого зажмуриваюсь. Чертов ревнивый кретин! Ну давай! Перерождайся в того Егора, с которым недавно познакомил меня! Которого так долго прятал и который появляется только перед теми, кого ты любишь! Ксюша в чем-то права, твоя ревность — убийственна.
Я могу простить тебе ту обиду, и мама меня поймет, я уверена, только вот… как я могу быть уверена, что в следующий раз ты не сделаешь еще больнее? Где гарантии, что ты не уничтожишь меня во время очередной вспышки? Спорю, папа до сих пор в шоке от упоминания подушки и коленок его дочери. Да, отец у меня ужасный, но ведь… зачем было так?
От Егора вновь веет холодом и неуютом, я распахиваю глаза, практически ожидая физического удара.
— С кем? — спрашивает хрипло. Смотрит во все глаза, лицо непроницаемо.
— Ты его не знаешь, — отвечаю стойко. Сердце колотится где-то в горле.
— Зачем?
— Скучно.
— Ясно.
— Могу я идти?
— Если нужна будет помощь… или что-то понадобится…Хоть что… Я готов.
— Да, я помню, нужно звонить тебе."
"Со второго этажа спускаются Леся с Санни, оба довольные.
