По сравнению с этим разбитое сердце — пустяки, на которые даже не стоит обращать внимания.
Подойдя к бару, Терри положила на стойку сверток.
— Вот. Передай жене платье, — произнесла она, старательно изображая будничный тон.
— Моей Дженнифер? Какое платье?
— То, которое подшила Дейзи.
В глазах Фила промелькнуло озадаченное выражение.
— Разве Дейзи шьет?
Терри пожала плечами.
— Она просто подшила платье для вашей с Дженнифер племянницы."
"— Какой племянницы? — Задав этот вопрос, Фил вдруг закашлялся.
— Ах да! Для племянницы Дженнифер. Понятно. Дейзи обещала найти способ отправить тебя… То есть платье, конечно же! Отправить платье сюда…
Отправить тебя сюда? Что бы это значило? Терри провела пальцами по свертку, думая о том, как всего несколько часов назад сидела на этом самом месте и Дейв пригласил ее провести с ним отпуск в Торонто. Ее сердце болезненно сжалось от этих воспоминаний. Она чувствовала, что создана для Дейва. Однако тот рассудил иначе.
— Ты в порядке, золотце? — спросил Фил.
Вытирая полотенцем руки, он бросил взгляд на дверь радиорубки.
— Да, вполне, — соврала Терри.
— Ой, смотри! — вдруг воскликнул Фил. — Дженнифер тебе машет.
Терри удивленно взглянула на него. Ей показалось странным то, как Фил произнес эти слова — будто читал по писанному. Обернувшись, она увидела стоящую в дверях радиорубки Дженнифер.
— Что случилось? — спросила Терри.
— Скорей, тебя вызывают!
— Наверное, Слейд, — пробормотала Терри. — Хочет узнать, не нашелся ли самолет.
— Про «сессну» я ему уже все рассказал, — обронил Фил, забирая сверток с платьем.
Терри замерла.
— Ты разговаривал со Слейдом?
Вместо ответа Фил поспешно скрылся на кухне. И даже дверь за собой закрыл.
Удивленная его странным поведением, Терри медленно поднялась с высокого стула и двинулась к Дженнифер.
— Это Слейд, — сообщила та, прежде чем с загадочной улыбкой направиться к бару.
Терри помедлила, спрашивая себя, почему сегодня все так странно себя ведут. Может, не знают, как со мной обращаться после отъезда Дейва? Что ж, не могу их винить…
За последние дни она продемонстрировала перед завсегдатаями бара столько разных эмоций — от гнева до влюбленности и в обратном порядке, — что те поневоле стали проявлять некоторую чудаковатость, общаясь с ней.
Возможно, чем скорее я начну вести себя естественно, тем проще будет и мне самой, и окружающим. Нужно лишь поскорее сделать вид, что ничего особенного не случилось.
